Призрак Оперы

 — Объясните же, пожалуйста, почему, увидев меня в своей комнате, вы, в ответ на мои слова, что я тот самый мальчик, который вытащил из воды ваш шарф, не нашли ничего лучшего, как рассмеяться.

Кристина с удивлением подняла на него глаза. Но его самого, кажется, поразила подобная смелость и неуместный тон в такую минуту, когда он хотел рассказать о своей любови и преданности. Так мог бы говорить только муж, человек, имеющий права, обманутый любовник.

Это сознание своей неправоты рассердило его еще больше и он окончательно вышел из себя.

— Вы молчите?! Ну, так я отвечу за вас. Вы не хотели меня узнать от того, что вы были тогда не одна в гримерке и не хотели показать этому человеку, что можете интересоваться кем-нибудь другим, кроме него.

— Если вы думаете, мой друг, что меня кто-нибудь стеснял, — холодно перебила его Кристина, — то это очевидно были вы, почему я и попросила вас уйти.

— Ну да, конечно… конечно… Чтобы остаться с тем!..

— О ком вы говорите? — задыхаясь, спросила девушка.

— О том, кому вы сказали: «Я пою только для вас.

Кристина схватила Рауля за руку и сжала ее с силой, какую нельзя было подозревать в таком хрупком, нежном существе.

— Вы подслушивали?

— Да! Но только потому, что я вас люблю… И… я все слышал…

— И что же вы слышали? — внезапно успокаиваясь, спросила она.

— Я слышал, как он вам сказал: «Вы должны меня любить»!

При этих словах Кристина побледнела, качнулась и едва не лишилась чувств. Но через несколько секунд, переборов волнение, прошептала еле слышно:

— Говорите, ради Бога, говорите, что вы еще слышали!.

Рауль, ничего не понимая, продолжал молчать.

— Говорите же, наконец, разве вы не видите, что вы меня мучаете!..

— Я слышал, как в ответ на ваши слова, что вы отдали ему всю душу, он сказал: «Благодарю тебя, дитя мое, твоя душа прекрасна. Самый могущественный император позавидовал бы такому подарку. Ты заставила плакать ангелов».

Кристина в волнении прижала руки к сердцу.

— Кристина!..

— Рауль…

Он попытался ее обнять, но девушка вырвалась из его рук и в слезах выбежала из комнаты.

Рауль был вне себя от злости и ревности. Он упрекал себя за бестактность. Хотя находил ей некоторое извинение: свою безумную ревность.