Второй потоп

Запоздалые аэроэкспрессы прибыли к башням с Востока и Запада, и их пассажиры поспешили вниз, чтобы присоединиться к возбужденной толпе внизу.

За невероятно короткое время мальчишки-газетчики вышли с новостями. Затем все с величайшей жадностью прочитали то, что уже знали.

Но не прошло и нескольких часов, как появились настоящие новости, поступившие по радио, а также по подводному телефону и телеграфу, рассказывающие о том, как весь мир был охвачен колдовским покровом тьмы.

В Европу он пришел в утренние часы; в Азии во второй половине дня.

Явления в разных местах были разными. В некоторых местах темнота не была полной, но везде она сопровождалась чрезвычайной влажностью, а иногда и кратковременными, но проливными дождями. Ужас был всеобщим, и все верили, что это было третье знамение, предсказанное Космо Версалем.

Конечно, у последнего взяли интервью, и он выдал характерный манифест.

"Одна из внешних спиралей туманности ударила в землю", – сказал он.

Это, вместе с недавним ужасным опытом, произвело большой эффект. Те, кто начал закладывать фундамент для ковчегов, подумывали о возобновлении работ. Те, кто раньше искал места у Космо, звонили ему по телефону. Но ответил только голос Джозефа Смита, и его слова не были обнадеживающими.

– Мистер Версаль, – сказал он, – поручает мне сказать, что в настоящее время он не будет выделять места. Он обдумывает, кого он возьмет.

Получатели этого ответа выглядели очень озадаченными. Но по крайней мере один из них, известный брокер с Уолл-стрит, был скорее возмущен, чем напуган:

– Пусть идет ко всем чертям! – зарычал он, – И он и его потоп вместе!

Затем он решительно отправился на бычий рынок.

Кажется невероятным, но такова человеческая природа, что несколько дней яркого солнечного света снова разогнали тучи страха, которые так плотно окутали общественное сознание. Конечно, не все забыли ужасы третьего знамения, они нанесли слишком сильный удар, но постепенно напряжение ослабло, и люди в целом приняли обновленные заверения ученых более смелого вида, что ничто из произошедшего не было необъяснимо обычными законами природы.