Стирающий грани

Явившись ко двору, этот сын мелкопоместного барона из какого-то городка в глухомани за два года сделал головокружительную карьеру: от советника четвертого звена до первого министра. Непостижимым образом оказываясь всегда в нужное время и в нужном месте, он без труда завоевал симпатию и доверие самого короля, что сразу же обеспечило ему деньги и статус.

Поговаривали даже, что в последнее время венценосец настолько приблизил к себе этого молодого выскочку, что никакое важное для страны решение не принимал, не посоветовавшись с ним.

Но еще поговаривали, словно он болен какой-то неизлечимой болезнью, и по этой причине в последнее время больше времени проводит в своим роскошном доме, чем во дворце. Но многие считали эти слухи клеветой недоброжелателей – а в таковых недостатка не было.

Вот уж – воистину недоступны пониманию дороги Судьбы; – разводили руками куда более знатные и менее удачливые придворные, завистливо озираясь ему вослед.

И только один человек на свете – сам Дурог знал точно, что Судьба здесь абсолютно ни причем…

Уже – один.

Теперь, по прошествии стольких месяцев, он был почти уверен в этом.

Но пока оставалась хотя бы слабая возможность иного развития событий, он должен держать ситуацию под контролем – чтобы не упустить свой единственный, хотя и призрачный, шанс на спасение.

Всего один раз он упустил свою удачу…

– Ты обманула меня, но обмануть смерть тебе не удастся, дорогая, – прошептал он в пустоту, невидящим взглядом глядя в окно.

– Даже тебе это не под силу…

* * *

Как обычно, я поднялся рано утром и пошел кормить скот.

Натаскал воды из колодца и тут только вспомнил, что сегодня праздник Призыва Судьбы – один из самых значимых праздников в году.

Ох уж мне эти праздники! Это опять многоголосый вой (ритуальное пение, тобишь), толпа одетых в чистое поселян и длинные-предлинные благодарствия Всевидящей Судьбе перед тем, как сесть за обильно накрытый стол…

Если б не это последнее, то тащиться на праздник вообще было бы невыносимо.

– Но ведь ничего страшного не случиться, если я приду попозже? – сказал я сам себе. В конце концов, в праздничный день не мешало бы помыться особенно тщательно и переодеться в чистое и мне тоже.

С самыми лучшими намерениями я взял чистую рубашку и потопал к воде.

На этот раз на берегу небольшой речушки не было никого; все поголовно готовятся к празднику, так что я спокойно мог раздеться и вдоволь поплескаться в холодной воде.