Вот и всё!

Временами мне даже казалось, что я встретила свою первую настоящую любовь. Я не была обделена вниманием противоположного пола, но ухаживания Андрея были мне особо приятны. Он был настоящим джентльменом в отношениях. Всегда гладко выбрит, с уложенной причёской, с аккуратно подстриженными ногтями и начищенными ботинками. Он неизменно придерживался дресс-кода, подбирая одежду, которая соответствовала обстоятельствам. Был обходителен со всеми, включая людей, не заслуживающих этого. С кем бы он ни общался, старался улыбаться и вести себя дружелюбно.

Со мной он вел себя особенно благородно. Всегда платил за меня в кафе, помогал надеть пальто, придерживал дверцу, помогал выйти из машины, подавал руку на ступеньках. Каждую неделю приглашал в кино, или в театр, дарил приятные безделушки, и конечно, цветы, по поводу и без. В общем, был мечтой любой девушки. А мне, как и любой женщине, хотелось чего-то большего. Я искала в этом человеке какого-то волевого стержня, сильной руки и крепкой подачи себя как мужчины. Некоторые моменты меня в нем раздражали. Он, бывало, слишком много умничал и занудствовал. Да, с ним было спокойно, но и временами немного скучно. Андрей познакомил меня со своими родителями на втором месяце наших отношений. И при этом представил меня потенциально будущей женой. Меня это очень удивило, и в тоже время напугало. Я не готова к замужеству. Я хотела, что бы наши отношения развивались, но не так стремительно. Он был из приличной семьи, хорошо воспитан, объяснял все ровным тоном, не повышая на меня голос. Андрей был очень внимателен и нежен со мной, никогда не позволял лишнего. Он считал, что нежность важнее интимной близости, и часто заключал в свои объятия, нежно целуя меня. Ведь именно через прикосновения мужчина проявляет свою любовь и привязанность. И поэтому, никогда не требовал большего, даже не намекал на это. Мне хотелось более эмоциональных отношений. Как я не пыталась выдавить из Андрея недостающих мне чувств, всё тщетно. Позволяла себе беглый флирт со знакомыми парнями, пытаясь вызвать ревность, часто обижалась по пустяковым поводам, не зло подшучивала над ним. Но всегда натыкалась на скалу терпимости и холодной сдержанности. Может быть, это меня в нём и забавляло. Он, молча, хмурил брови, и спокойным голосом пытался сгладить все конфликты. Возможно, он и чувствовал моё, моментами, несерьезное отношение к нему, но перекрывал эти выпады своей снисходительностью. Если честно, я сама поражалась своему поведению.