Свидетель

Подошедшего официанта она дернула за рукав и подмигнула: – Мы ведь ничего?

– Очень даже, – ласково согласился юркий парень с именем Артур на бейджике. – Счет забирать или еще закажете что-нибудь?

– Забирайте, мы уходим, – кивнула я.

– А представляете, Артур, – таинственно заговорила Ника, – моя подруга ясновидящая. Ей сны вещие снятся, и она всегда чувствует, когда я вляпаюсь. Вот и сегодня говорила: не балуйся…

Артур резиново улыбнулся.

– Перебрала немного, – примирительно пояснила я, смутившись от слов подруги: ну, какая я ясновидящая? Разве одиночный случай, когда мне приснилась ее мама с напутствием, делает меня такой? Я кашлянула в кулак.

Вспомнив об обиженном поклоннике, я потянула Нику к двери в подсобку за колонной.

– Куда мы? – спросила Ника и ахнула. – О, потайной ход! Круто-круто! Дверцы… В кроличью нору? Пусть гаденыш Егор до завтра меня ждет, попу отморозит.

– Тсс, – приложила я палец к губам, – молчи, а то нас выгонят отсюда как раз к нему в объятия.

– Не-не-не, – замотала головой Ника и, качнувшись, зашептала убийственно громко: – Я тшш, молчок. Вот нельзя пить на голодный желудок, чего там было тех фруктов! Жмоты они тут, не фруктовое ассорти принесли, а фиг на палочке.

Терпение мое было на исходе, я подталкивала ее к выходу и нервно оборачивалась, представляя, каких трудов мне будет стоить дотащить ее три квартала домой. Хорошо, что не на другой конец города!

Наконец, заветная дверь была распахнута, и дождливой свежестью пахнуло нам в лицо.

– Нет, честное слово, это феерично! Такого офигенского посещения клуба у меня еще не было! Сфоткай меня, а? На память.

– Домой пошли, – зашипела я.

– Варюнчик, одну фотку и домой. Смешно же! – заупрямилась Ника. – А лучше видео!

– Нашла где! – рявкнула я, но все-таки достала из кармана мобильный, зная, что проще уступить дурному упрямству, чем настаивать на благоразумии.

Стоило мне навести мини-объектив на позирующую на фоне мусорки подругу, как из другой двери за баками выскочил уже знакомый юнец в желтом пиджаке, за ним мордатый криминал.

– Не уйдешь, падла! – заорал он, и раздалась пальба.

На автомате я перевела объектив на мужчин. Ника присела у баков, прикрывая голову, а я застыла, следя, как в увеличенном кадре пронеслись жертва и палач. Фигура в желтом пиджаке рухнула в лужу, как куль. Вода в ней мгновенно стала темнее, смешавшись с кровью.