Свидетель

Сначала тот придурок Егор приставать начал, я его отшила и на помощь позвала. Вышибала его пнул, а гаденыш крикнул, что у входа будет ждать. Вот. Ну, я тебе и позвонила. Потом познакомилась с парнем, вроде ничего такой, здоровый. Думала, поможет с тем гадом справиться. Ты же не Терминатор…

– Да уж.

– Поднялись сюда, заказали выпивку, закусить немного. Потом я чего-то замешкалась, а он вышел вроде на минуту. И уже почти час нету. И сумки моей нет, и мобильного, и карточек. Вряд ли он вернется…

– Да ведь я ехала сюда от силы час! Когда ты успела?!

– Ну вот, – Ника развела руками и ткнула наманикюренным пальцем в кожаный футляр со счетом, – теперь хоть натурой расплачивайся.

– Не говори глупостей, сколько там? – Я извлекла чек и ахнула. – Это же все, что у меня есть, даже на такси не останется.

– Это дорогой клуб, – вздохнула Ника.

– Заметно.

Не скрывая недовольства, я полезла за кошельком и снова недобро помянула олигарха, которому эти деньги потратить, как ребенку на копеечное мороженое… Так, глядишь, стану революционеркой – все отнять и раздать.

– Ты же моя котя! Я отдам всё, не бойся! Аванс в понедельник.

– Ладно, доживем до понедельника, – пробурчала я. – Пойдем.

Ника радостно потрясла в воздухе недопитой бутылкой мартини.

– Варюнчик-котюнчик, раз все оплачено, не пропадать же добру?! Давай отметим самый дурацкий в мире праздник шляп!

– Настроения нет.

В проходе поднялся шум. У лестницы ссорился похожий на бандита мужчина лет сорока пяти с тем самым нагловатым юнцом в желтом пиджаке, явно из золотой молодежи. «Толстолобики» в костюмах не решались вмешаться и почтительно стояли неподалеку. Сквозь гул и ругань до нас постоянно долетали слова «телефон» и «Дед Мороз», один раз даже «Снегурочка». «Совсем обкурились», – подумала я в сердцах. Было ясно: лучше подождать и не оказываться рядом с ними.

Я опустилась обратно на диван, чувствуя себя, как на иголках и поглядывая на ссорящихся и сочувствующих. Скользнула взглядом к той высокой перегородке, за которой скрылся москвич. Отчего-то не хотелось, чтобы он увидел, что я сижу здесь, как все… Наконец, лестницу освободили, и я подозвала официанта.

– Вот, скажи, Варь, ты такая классная, я тоже ничего, почему нам так не везет, а? – говорила Вероника поплывшим голосом.