Ах, Таня, Танечка. Интересная история учительницы истории

– Мой папа много знает о декабристах, того, что мало кому известно, – говорила Татьяна

– А мой папа успел научить меня рисованию. И я очень ему благодарна за это. Это мне помогает и в моей профессии и в общественных делах, – отвечала Полина и много рассказывала о своем отце, матери, что и как ей пришлось пережить, и как она к этому относилась.

Все внимательно слушали ее, кроме одной – Елены – большой высокой женщины, казавшейся старше своих лет, но часто подчеркивающей, как она еще юна и беспечна. Любила изображать пошлую даму и рассказывала пошлые анекдоты.

Ее часто раздражал уверенный тон разговоров Полины

А к Полине обращались все со многими неожиданными вопросами. Одна очень молодая будущая мамаша так обратилась к ней очень странно:

– Вот, ты, которая в углу у окна, ты все знаешь, скажи какое одеяло лучше покупать для новорожденного?

– Лучше ватное одеяло. Ведь в течение любой дороги возможны всякие моменты: и тряска, и если кто-то несущий ребенка споткнется, то ватное одеяло погасит сотрясения, так вредные для маленького позвоночника, – отвечала Полина.

Был момент, когда к Елене пришел муж, и она разговаривала с ним в открытое окно, рядом с которым было место Полины, которая читала журнал «Новый мир», принадлежавший Елене.

Елену стало раздражать, что Полина не делает ей даже замечание за открытое окно, которое Елена держала так долго. Она все болтала, и болтала, пока муж сказал, что ему пора на работу.

– Подожди! – крикнула ему Елена, она выхватила журнал из рук Полины и рывком бросила его мужу.

– Вот, теперь, иди, – довольно сказала Елена, она еще разговаривала, пока не пришла медсестра и заставила закрыть окно.

Полина, молча, повернулась на другой бок, и взяла другую книгу из-под подушки. Так, она показала всем пример выдержки на всякие непредсказуемые моменты. Она даже замечание не сделала Елене, что еще больше разозлило ее, и она стала говорить очень глупые вещи. Но пришла врач, и все замолчали.

Полина родила дочку гораздо раньше Татьяны, но у Татьяны остался ее журнал, книжка, где был написан ее телефон, поэтому Татьяна навестила ее уже много позднее.

Что-то говорило ей, что у них будет более тесное общение, но не сейчас. Новорожденная дочь Татьяны подрастала, ей снова пришлось обратиться за помощью к маме. Та охотно согласилась, сказав:

– Отец стал очень придирчив, пусть это осознает, как быть без меня.

Дочке исполнился год, и Татьяну пригласили работать в среднюю школу рядом с ее домом.