Рудничный бог

Казалось бы, камень как камень, ничем не отличался от того, из которого сложены казематы Навьей башни в столице. Разве что там он гладкий, обработанный, а тут… Он коснулся ладонью острых граней. Надо же – руда. Пустая порода или в ней скрыт нужный людям металл? Как узнать здесь и сейчас? И сколько надо перелопатить пустой породы прежде, чем наберется нужное количество руды для того, хотя бы, чтобы отлить бронзовый колокол? А сколько надо на одну пушку? И как на глаз отличить, где ценная руда, а где пустая порода?

Тряхнув головой – не ко времени пустые мысли полезли в голову! – Алексей взмахнул кайлом.

На этапе он приноровился думать на ходу, привыкнет и здесь думать за делом. Только приступили к работе, только кайло пару раз врезалось в твердую породу, отсекая куски, как один старый горняк, седой, как лунь, коснулся руки Алексея:

– Ты вот чего, благородие, в сторонке постой покамест, приглядись, что к чему.

– А откуда вы…кто вам сказал? – удивился Алексей. После десяти месяцев тюрьмы и этапа его, небось, и родная мать бы не признала, и бывшие однополчане прошли бы, как мимо пустого места, а тут…

– Да никто не говорил, а токмо человека по делам видать.

Ни кайла толком держать не умеешь, ни сноровки нет. Кто ж так-то бьет?

– Ваша правда. Я никогда раньше… разве что на учениях бывало, но там разве что брустверы копать приходилось и… – он оборвал сам себя, не желая вдаваться в подробности. Да и сколько он тех брустверов перекопал? Эти люди за день столько руды роют, сколько он за всю жизнь наработал!

– Так ты, благородие, из офицеров?

– Да.

Я – князь Варской… бывший князь…

– Ух, ты! – на лицах артельных загорелось любопытство, как у малых детей, которым пообещали сказку. – Всамделишный?

– Да.

– А как же сюда-то попал? Да в железах?

– За правду, – не счел нужным вдаваться в подробности Алексей.

– За правду-то оно и впрямь, либо на смерть, либо на каторгу, – вздохнул кто-то – в темноте не разобрать лица. – Нет для простого человека правды на земле.

Нет ее и тут, под землей. Да и на небеса для таких, как мы, путь заказан…

Из коридора послышался шум и свисток охранника.

– Плетей захотели? – заорал тот. – Бегом работать, сукины дети! Чего встал, рот разинув? – напустился он на Алексея. – Я тя живо уму-разуму-то научу! – и добавил несколько слов, которые доселе Алексей не слышал даже от пьяных унтеров в отношении своих солдат.

– Вот ты и иди сюда, поучи, – предложил седой мужик.