Рудничный бог

И у каждого оно свое… А ну-ка, старый, – обратился он к деду-кузнецу, – давно стуканцы вас навещали?

– Да как давно, – полез тот в затылок и вдруг осекся, – а вы, ваше благородие, откуда про стуканцов-то знаете?

– Откуда? Да тут их следов видимо-невидимо! А это как раз и есть моя работа – видеть то, чего другие не могут!

Слегка ссутулившись, подобравшись и вмиг став похожим на зверя, ведьмак сделал скользящий шаг вперед. Вперил во тьму холодный взгляд, зло ощерился. Стоявший сбоку горняк разинул рот – глаза ведьмака сверкнули, как две свечки.

Отчаянный визг вмиг заполонил подземелье. Заметалось, вонзаясь в уши, многоголосое эхо. Выругавшись, ведьмак отдернул руку, затряс ладонью, на которой проступало алое пятно.

– Ох, ты ж б…

Горняки метнулись в стороны, когда какая-то доселе невидимая зверюшка, на ходу скидывая личину невидимки, виляя всем телом, метнулась прочь. С разбегу она налетела на стену и растворилась в ней.

– С нами крестная сила, – забормотали вокруг. – Это чего такое было?

– Огневушка, – ведьмак все тряс ладонью. – Аль не слыхали?

– Как не слыхать! Слыхали, – загомонили горняки. – Да только Огневушка – она ведь иная! Она того… девчоночка махонькая, с локоток… А эта…

– А это вот и есть ее настоящий облик, – ответил ведьмак. – На поверхности она в людской личине гуляет, а тут кого ей таиться? А ну-ка…

Отстранив народ, он прошелся вдоль стены, сгибаясь в три погибели и разве что не носом по стенам водя.

– Есть.

– Чего это вы тут, ваше благородие? – поинтересовался дед-кузнец. – Чего-нито отыскали?

– Да вроде того… – ведьмак медленно выпрямился, озираясь по сторонам. – Место тут… особенное…

Он замолчал, отходя в сторону, и давая понять, что покамест не хочет никому мешать.

Горняки разбирали инструмент. Кайла, зубила, лопаты хватали привычно.

– Руками руду таскать будете, пока другие рубят, – пояснил надзиратель. – Давай работай! Время дорого!

Алексей, руки которого оттягивало непривычное кайло, сказал Владимиру:

– Вместе работать будем. Меня держись.

Юноша кивнул. В его глазах прятался страх. Но спорить не стал, пошел следом.

Работали небольшими артелями – в одиночку выполнить норму с непривычки всегда трудно. Алексей подошел к стене, всмотрелся.