Надежда

Даже не раз в месяц.

Но вот сегодня…

– Надюха, ты чего? – слегка оторопел мастер.

Она холодно взглянула на него, подбирая слова. И это молчание – и невысказанные речи – отрезвили мужика больше, чем ушат холодной воды.

– Ты это… Надюха… Надежда Сергевна, – внезапно вспомнил он. – Ты чего? Случилось чего, а?

Она задохнулась. Случилось. Действительно случилось, только вот ее подчиненным и коллегам знать было не обязательно.

– Все в порядке, – заставила себя сказать. – Как там монтаж в котельной?

– Да продвигается.

– А с материалами что?

– Все есть, Надежда Сергевна. Ты не серчай, а? Просто ну… сын сейчас звонил – внук у меня родился. После трех внучек первый внук, представляешь?

Она покивала, чувствуя одновременно дежурную, «женскую» радость от того, что на земле продолжают рождаться дети, и горечь. Пролепетала что-то похожее на: «Это замечательно! Поздравляю!» – и стиснула зубы, пережидая поток слов от новоиспеченного деда.

У самого Петровича было трое детей – старший сын где-то болтался, не собираясь жениться, несмотря на возраст, дочка подарила ему двух внучек и на этом успокоилась, и вот младший сын после первой девочки обеспечил «продолжателя фамилии».

– Ну, как после такого не выпить? – сокрушенно улыбаясь, развел руками Петрович. – Но только ты, Надежда Сергевна, знай – я до конца рабочего дня ни-ни! Сейчас немного продышусь и за дело. А потом проставлюсь, после работы, само собой!

– Ты поосторожней там, – стараясь быть строгой, сказала Надежда.

 – Не лезь. Вон, пусть Николай сегодня постарается. А то он только баклуши бить горазд…

– Да что твой Николай понимает! Молодые они, – отмахнулся Петрович. – Им бы только деньгу зашибить. Работают тяп-ляп, кое-как, а сами хотят золотые горы получать. И на сторону поглядывают – где платят больше. А мы с тобой, Надежда Сергевна, жизнь прожили, понимаем…

Женщина прикусила губу.

Что-то такое отразилось на ее лице, отчего Петрович вдруг смутился, сообразив, что ляпнул что-то не то.

– Ты это… ну… молодая, конечно, Надюха, – опять перешел он на фамильярный тон. – И выглядишь хорошо, и в самом соку… А сегодня вообще красавица – во! – оттопырил большой палец. – Эх, был бы я помоложе и не женатый, приударил бы за тобой, вот ей-богу, приударил!

Надежда покивала, попробовав отшутиться – мол, все вы только обещаете.