Любовь окрыляет

Он стеснялся своего перегара и старался дышать в сторону.

А у него и правда очень темные и очень умные глаза, подумала она почему-то. И рот по-мужски жесткий. Скулы самые обыкновенные, Симка не впечатлилась бы ни за что, но вот подбородок был что надо. И ей вдруг захотелось потрогать его пальцем. Он в самом деле настолько гладко выбрит или это оптический обман из-за приспущенных римских штор на окнах?

– Говорите, Глеб, – непонятно почему шепотом попросила Кристина.

– У вас есть мужчина, Кристина? – спросил он, старательно выдыхая в сторону, но исправно косясь на ее коленки и ступни, дались они ему. – Хотя о чем это я! Теща сказала, что вы одиноки! Мужчины, стало быть, нет. А как насчет секса?

– Что вы пристали с сексом, Глеб? – она улыбнулась и, не удержавшись, тронула все же его подбородок кончиком пальца, он был чуть шероховатым и показался очень приятным на ощупь.

– Я не пристал. Я просто спросил.

Ее жест его удивил и обескуражил, и пышный узел галстука моментально начал давить. Будто теща встала за спиной и натянула галстук сзади, как вожжи. Осади, мол, зятек, довольно. Но уж нет, мама, мелькало злорадное у Карпова в мозгах, за что боролись, на то и напоролись.

Сводничеством решила на старости лет заняться, сука?! Дочку Жоржу, зятя – Кристине? Пусть так и будет! Он не обижается. Как раз напротив. Он и думать не мог, что девушка эта окажется такой милой и привлекательной.

– Секс у меня случается, не переживайте, – улыбнулась Кристина умным темным глазам напротив.

– Я не переживаю. Просто…

– И идея самореализоваться за мой счет, самоутвердиться после нанесенных оскорблений – не самая лучшая, – продолжила она говорить, игнорируя его смущение. – Думаю, что все совсем не так. Возможно, вы драматизируете.

– Я?! – Он отскочил от нее к диванному подлокотнику, оскорбившись тем, что ему не верят. – Да я все своими ушами слышал!!! Вот этими вот!

И он оттопырил тут же оба уха, сделавшись смешным и простодушным, как Иван дурак из сказки.

– Подслушивали! – Она закивала с укоризной. – Это некрасиво!

– Был вынужден, уж извините. – Он оставил свои уши в покое, зато коленки ее продолжил сверлить взглядом.