Личное дело соблазнительницы

Купи и насыпь в кухне под раковиной. Они и исчезнут, мыши-то. И беспокоить тебя не станут!

Не исчезли! И беспокоить принялись каждую ночь! Да так беспокоить, что Алиса света белого невзвидела. Уже всерьез подумывала звонить Матвееву с просьбой пожить у него немного. Вовремя одумалась, вспомнив про Ангелину.

И что самое противное было во всем этом – это то, что самих мышей Алиса больше ни разу не увидела. Ну не встретились они ей больше в живом виде. Зато каждую ночь, укладываясь в кровать и заворачиваясь в одеяло, она слушала их премерзкую возню.

Как же отвратительно они скребыхались, чем-то шуршали, попискивали! Да громко так, что, не знай она точно место их дислокации – встроенный шкафчик под кухонным подоконником, – подумала бы, что они вытворяют все это под ее кроватью. Смешно признаться кому бы то ни было: Алиса стала бояться по ночам ходить в туалет! Боялась наступить в темноте на какую-нибудь шальную мышь, отправившуюся гулять по ее квартире.

Матвееву она все же позвонила. Ну, не выдержала, и что?! Правда, на ночлег проситься не стала, а просто пожаловалась, как нелегко ей в последние несколько дней живется.

– Не была бы я уверена в обратном, Антон, подумала бы, что это ты специально расселил их у меня, – закончила она, грустно пошутив.

– А чего так уверена-то? – не сразу понял тот, а может, просто прикинулся непонимающим.

– Ну, у тебя же теперь любовь… Ангелина… – Алиса печально вздохнула. – Что мне делать, Антоша? Я уже и отравы везде насыпала. И клей этот самый на картонку налила, это приманка для них такая.

– Зачем, я не понял?

– Чтобы они прилипали, а я чтобы их выбрасывала. – Алиса передернулась, вспомнив о своей недавней жертве, попавшейся на приманку.

Мышь, попавшаяся на клеевую картонку, прилипла к ней задними лапками, тогда как передние у нее остались совершенно свободными. И она носилась почти всю ночь по ее кухне, производя такой грохот, словно там гоняется стадо слонов. К утру мышка выдохлась, а вечером Алиса выбросила в помойку ее хладный труп.

Мерзость!!!

– Ладно, Соловьева, это не так страшно, – подвел итог под ее жалобами Матвеев.