Чужая жена – потемки

Абы с кем Константин Сергеевич дружбы не водил. Дружить он умел насмерть. То есть так прилипал к человечку со своим умасливанием и шутливым шантажом, что тот и рад бы, но отделаться от Иванцова никак не мог.

Кто из них желал и мог его убить? И за что? Какая пара-тройка незавершенных дел тревожила его покойного тестя? Что-то было, точно. И это что-то пропало. Они с Ленкой ничего не нашли. Стало быть, все ЭТО забрал с собой убийца. И ЭТО, интересно, тесть сам отдал или убийца очень постарался, чтобы ему ЭТО отдали?

Синяки и ссадины на теле тестя свидетельствовали о том, что его били.

– Доигрались, – произнес вдруг кто-то вполголоса у Влада над головой.

Он резко дернулся, оборачиваясь, но никого, кроме молодой официантки, за своей спиной не обнаружил.

– Что вы сказали, простите?

– Я? – та оторопело заморгала. – Я ничего не говорила!

– А кто тогда говорил? – он разозлился.

Что эта кукла тут комедию ломает? Он дурак, что ли, совсем? Отчетливо слышал, как кто-то со вздохом произнес у него за спиной – «доигрались». Причем сказано это было так, как будто итог кто-то некий подвел.

– Мужчина, я ничего такого не говорила, – раскрашенная, как апачи на тропе войны, официантка поджала губы, начав с остервенением швырять скомканные бумажные салфетки на поднос. – Я на работе, мне говорить и не положено, и некогда.

– Кто-то только что за моей спиной произнес – «доигрались»! – нервно поводя подбородком, проговорил Влад.

Почему-то вдруг ему показалось, что это может быть важным. Что человек, который многозначительно прошептал это словцо у него за спиной, сделал это не просто так. И почему именно за его спиной? Или… Или за Ленкиной? Она ведь сидит рядом.

– Лен, ты слышала? – дернул он ее за рукав черного траурного платья.

– Что слышала? – Она вздрогнула, поднимая на него пустые невыплаканные глаза.

– Кто-то вполне отчетливо произнес за нашими с тобой спинами – «доигрались»! – достаточно громко, потому что он уже завелся, повторил Влад. – Или ты тоже ни черта не слышала, как и эта?

– Я – не эта! – возмутившись, выдала свистящим шепотом официантка и гневно выпрямилась. – Вы, мужчина, вместо того чтобы оскорблять обслугу, жене выпить бы налили.