Прощальная гастроль

– Сходили в театр, провели культурно время, – свою пудреницу я все никак не могла отыскать в недрах основательно забарахленного баула. – Нечего сказать! Нет, ну почему все люди, как люди, а мы с тобой, как черт-те что?

– Думаю с нами все в порядке, – Тайка все продолжала улыбаться, – сдается, мы просто попали на плохой спектакль с второсортными актерами. Не свезло нам, понимаешь? Фух, давно так не веселилась, скажи спасибо Макакиной за билеты, пускай еще приносит, смех, он, знаешь ли, полезен, жизнь конкретно продлевает.

– Да уж, такими темпами мы с тобой имеем шанс обессмертиться. Макакиной, разумеется, скажу, что спектакль привел нас в полный восторг и отсидели мы его от звонка до звонка. Ты есть не хочешь? Я отчего-то зверски проголодалась.

– С удовольствием перекушу, – Тайка поднялась с лавочки, – пойдем, поищем какой-нибудь скромный кофеюшничек.

Скромный кофеюшничек с названием «Чинара» встретился нам минут через десять неторопливой прогулки. В развеселом настроении мы ввалились внутрь заведения, заняли столик у окна, и к нам тут же подоспела милая официанточка с меню.

С разносолами определились быстро: шашлык и по бокалу красного сухого вина.

– А долго ждать? – поинтересовалась я, очень уж сильно кушать хотелось.

– Минут пятнадцать. Хлеб нужен?

– Да и побольше! – плотоядно облизнулась Тая. – Зелени, кетчупа – всего побольше!

Девушка с улыбкой кивнула, забрала меню и отошла. Помимо нас в небольшом уютном заведеньице на десять столиков, крытых малиновыми скатертями, трапезничала парочка – заморыш юноша и такой же почти полупрозрачный заморыш девушка.

И больше никого, что не могло не радовать – в помещении не висело плотной табачной завесы. Дожидаясь заказа, мы болтали о том о сем, преимущественно делясь приятными впечатлениями от грандиозного спектакля.

– Ты знаешь, можно еще как-то пережить этих ужасных актеров с их позорными костюмами, будь на сцене хоть мало-мальски яркие, зрелищные декорации, – с умным видом большого театраловеда заявила Тая, зачем-то копошась в вазочке с салфетками.

 – Ну, хоть какая-нибудь красивость, на которую приятно посмотреть, а не только один стремный, кое-как разрисованный фон. А так форменная срамота, а не спектакль, правильно я оперу никогда не любила.

– Опера опере рознь, – с не менее умным видом заявила я. – Все дело в бюджете, затраченном на спектакль и в режиссере, тут и с тем и с другим явные проблемы.