Фата для церковной мышки

– Сена, – вспомнил о моем присутствии жених, – вы Тае близкий человек, может, хотя бы вы обрадуетесь?

Я честно сказать, совсем не была рада, то есть вообще, даже и не знаю почему, как-то это все слишком уж быстро…

– Тая? – Артур видимо окончательно растерялся. – Ты выйдешь за меня?

– Я не знаю, – пролепетала подруга с самым разнесчастным видом.

– Нам надо в уборную, – нашла я самый оптимальный выход. – Тая, идем, освежимся.

Подруга послушно стала выбираться из-за стола, опрокинула свой бокал вина и даже не обратила на это никакого внимания.

Глава четвертая

Закрыв за собой дверь, мы очутились в ослепительном туалете. Тая подошла к зеркальной стене и пристально уставилась на свое отражение. На ее щеках медленно проступали лихорадочные красные пятна. Я терпеливо ожидала, пока она обретет способность к логическому мышлению и связной речи. Тая молчала, в прострации таращась в зеркало, и тогда я решила ей помочь, задавая отвлеченные несложные вопросы.

– Тая, откуда у тебя эти розовые туфли и розовая кофта?

– Соседка дала.

– Марья Степановна?

– Да нет же, Лика, моя соседка сверху.

– Лика? Двухметровая спортсменка? И тебе впору ее туфли?

– Нет, я натолкала ваты, а кофту кое-где наживила нитками, чтобы не висела. О, господи, Сена, о чем мы говорим! Ты скажи, что мне делать? Вот как ты скажешь, так я и поступлю!

Ага. Ловко. В любом случае крайней окажусь я.

– Ты его любишь?

– Дай сигарету, – вздохнула подруга. – Мы знакомы две недели, целовались только в щечку при прощании, я была у него дома один раз, мы чинно и благородно пили чай с какими-то мерзкими творожными пирожными, и еще я страшно не понравилась его родителям.

– Они так и сказали: «девушка, ты страшно нам не нравишься»?

– Нет, конечно, они культурные люди. Ты же видела сегодня, они чуть под стол не попадали, когда Артур за коробкой полез, но приятные лица сохранили, только убежали очень быстро, видать, чтобы не устроить смертоубийство прямо в ресторане.

– Ничего, они устроят сынишке смертоубийство дома. Так что, ты его любишь?

– Честно сказать, не знаю, говорю же, мы слишком мало знакомы. Я о нем знаю только то, что он мне сам рассказывал, а обо мне он вообще ничего не знает, только мои сказки вральные.

– М-да, – я глубоко задумалась, стряхивая пепел в металлическую урну.