Агний

 – Инга это, она у Ляльки Ворона увела, за это Лялька ее кислотой облить хотела.

– А вот девушка утверждает обратное, – мягко сказал Владимир Михайлович. – Говорит, что она Лера Лимонова.

– Так она и Петром Сергеичем назваться может, – Рита заметно нервничала. – Вот Пашуня может подтвердить, что Инга это! Он ее сам видел! Скажи, Пашуня, видел же?

– Видел, – кивнул любитель пива. – Один раз и со спины.

– Как раз таки Пашуня, – Владимир Михайлович сделал ударение на имени пивохлеба, – и сомневается.

Риточка пошла красными пятнами от звуков этого мягкого голоса и, перескакивая с пятого на десятое, принялась уверять Владимира Михайловича в своей правоте. Он подошел ко мне почти вплотную, и в нос мне ударила волна какого-то дорогого и очень знакомого запаха.

– М-да, – задумчиво сказал Владимир Михайлович, – теперь тут сам черт не разберет, перестарались вы, ребята.

– Вот-вот должны, – быстро ответил Толян.

– Ему девчонку и покажите, сразу все станет ясно.

Он развернулся и направился к двери.

– А щас ее куда? – спросил Пашуня.

– Бросьте пока в подвал, – пожал плечами Владимир Михайлович, – там видно будет. Пойдем, Ритуня, сделаешь мне массаж, что-то спина разболелась.

Хихикая, Ритуня посеменила вслед за ним. Когда дверь закрылась, Толян смачно и длинно выругался.

– Кажется, хреноту мы спороли, – согласился с ним Пашуня.

– По какой? – ядовито произнес Толян. – Думаешь, баба Ворона будет всем фотки свои раздаривать? Одна Ритка ее толком знала!

Толян отпустил длинный комплимент и Ритке, и всей женской половине человечества.

– Ладно, давай ее в подвал, – сказал Пашуня, отделяясь от подоконника. – Развязал бы ты ее.

– Сам развязывай! – огрызнулся Толян, настроение у него было испорчено напрочь.

Сопя и приседая на коротких ногах, Пашуня принялся за дело. Узлы были затянуты на совесть, ему пришлось повозиться.

– Вставай, – буркнул он, когда я оказалась на свободе. Встать у меня не получилось, тогда Пашуня попытался меня приподнять, но ему не хватило сил.

– Толян, помоги… твою мать!

Толян сгреб меня в охапку и рывком поставил на ноги. От боли в глазах потемнело, я закашлялась. Они выволокли меня из комнаты и потащили по коридору.