Шоколадное убийство. Рукопашная с Мендельсоном

– Стас Половцев, – поразмыслив, ответил хозяин квартиры.

– Вы знаете, что пить вредно?

– Лучше б я не знал, – с чувством ответил Половцев и посмотрел на себя в зеркало, висевшее на стене. Потом оттянул нижние веки вниз и исторг из груди вздох. – Грехи мои тяжкие…

Квартира была полупустой и прокуренной. Но отнюдь не запущенной. В коридоре даже стояла вазочка с искусственными цветами. Вера Витальевна спросила:

– Можно я войду в комнату? – И не дожидаясь ответа, быстро заглянула в спальню.

Окинула взглядом обстановку, оценила люстру, тюлевые занавески и ковер.

Кровать была готова к тому, чтобы принять хозяина в свои объятия. Постельное белье выглядело чистым, и это решило дело. Вера Витальевна поняла, что с объектом можно работать.

– Вот что, – сказала она твердо. – Нам с вами нужно поговорить.

– Мы уже… того… говорим, – напомнил Стас, глядя на нее из-под нахмуренных бровей. – Значит, вас Сильвестр… прислал? Местная командировка…

– Не совсем, – призналась Вера Витальевна.

 – Не предложите мне чаю?

– Предложу, – пообещал Половцев, пробурчав: – Как не предложить такой приятной даме?

Шатаясь, он побрел на кухню. С первого взгляда становилось ясно, что принадлежит она холостяку, который режет хлеб прямо на столе и редко моет хоть что-нибудь, кроме тарелок. Вера Витальевна отстранила хозяина квартиры от плиты и сама поставила чайник на огонь. Принесла две чашки и взгромоздилась на табурет. Устроилась капитально, как будто собиралась сидеть здесь целую вечность.

– Ну? – спросил Половцев, вперив в нее мутный взор.

– Не стану ходить вокруг да около, – решительно сказала тетя Вера и хлопнула руками по столу. – Скажу все как на духу.

– Валяйте, – разрешил он.

– Сначала я задам вам вопрос. Только – чур! – отвечать искренне.

Половцев хрюкнул. В глубине души он понимал, что зря впустил тетку в квартиру, что сейчас она начнет его волновать и будоражить. А вот как раз именно этого он особенно не любил – когда его волновали и будоражили.

С другой стороны, ему было любопытно, чего ей надо. Отвечать искренне? Половцев ухмыльнулся. Давно прошли те времена, когда он был искренним с кем бы то ни было. Но знать ей это ни к чему.

– Клянусь, – сказал он, мужественно сдержав отрыжку.

– Скажите, дорогой Стас, – паточным голосом спросила Вера Витальевна, – вы влюблены?

– Я?! – Половцев так изумился, что чуть не свалился с табуретки, на которой кое-как утвердился, прислонившись плечом к стене.