Кто не спрятался – тот виноват, или Витязь в овечьей шкуре

Когда Наташа постучала и вошла, он, однако, приосанился и попытался беззаботно улыбнуться.

Садись, садись, – сказал он и глупо добавил: – Чувствуй себя как дома. Догадываюсь, что ты хотела поговорить со мной о… гм… своем положении.

Он замолчал и стал притопывать под столом ногой, словно горячий конь, загнанный в стойло. Наташа, голова которой была занята только убийцей, разгуливающим по району, удивленно спросила:

– Откуда ты знаешь о моем положении?

Все уже знают, – раздраженно отмахнулся он и, не дав ей сообразить, в чем дело, быстро спросил: – Давай конкретно – чего ты хочешь? Только не забудь, что у меня большая дружная семья.

Ты что, Ефим, подумал, что я попрошу тебя повсюду меня сопровождать? – удивилась Наташа. – Да мне бы и в голову не пришло подставлять тебя под удар!

Вот спасибо, – криво улыбнулся тот. – Так чего ты от меня хочешь?

Хочу, чтобы ты дал мне отпуск, – быстро нашлась она. – Иначе придется постоянно ходить на работу вот с этим, – она похлопала себя ладонью по подушке.

Ну… Зачем ты так? – пробормотал Ефим. – Сразу рассказывать! Отпуск так отпуск. Я сейчас сам спущусь в бухгалтерию. Еще выпишем тебе материальную помощь. Не надо ничего никому рассказывать!

Вообще-то ты прав, – согласилась Наташа. – Не буду. Это страшная история. Женщины испугаются…

Ну уж прямо так и испугаются, – пробормотал оскорбленный Ефим. – Это же все происходило… не насильно.

А как?! – вскричала Наташа. – По-твоему, добровольно?!

Потрясенный Ефим закрыл глаза и дал себе клятву: с сослуживцами не пить. Бокал шампанского – максимум.

Ладно-ладно, – трусливо ответил он. – Получишь деньги – и можешь идти. В отпуск. Оформим его с понедельника. Я сам все улажу.

* * *

Вместо того чтобы ехать домой, Наташа отправилась к Ольге и без стука ввалилась в ее служебный кабинет. Та уже собиралась уходить и гремела ключами.

– Боже мой! – воскликнула она, увидев подругу с животом странной формы.

– Не смейся, – выдавила из себя Наташа. – Я приехала к тебе прятаться.

– Ну хорошо, – согласилась Ольга. – Прячься. Только – чур! – не здесь. Поедем лучше ко мне. Моя младшая сестрица совсем расклеилась, ее без присмотра оставлять нельзя.

– А что такое?

– Ухо где-то простудила. Третий день рыдает.

– Так болит? – сочувственно спросила Наташа.

Да нет.