Летопись Филларии. Затмение трёх Лун

Они ни на что не способны, а мне не нужен ни на что не способный муж.

Крилавин хотел сказать, что Мали не знает абсолютно всех жителей города. И не все здесь болваны, но его прервал голос Иноя, которая зашла на кухню.

– Тебе, доча, пора обратиться к свахе. Она подберет тебе хорошего парня, не сомневайся, – она посмотрела на пришедшего следом Бакета и нежно ему улыбнулась. – Я о своем выборе никогда не жалела.

Мали поджала губы и грохнула ложку на стол. Она возмущенно посмотрела на родителей, открыла было рот, чтобы заговорить.

– Если вы настаиваете, я обращусь к свахе. Но если она никого подходящего мне не найдет, я уеду в Мирту, – она с нажимом посмотрела сначала на матушку, потом на батюшку и «припечатала»: – Одна.

Ироя тихо вскрикнула и быстро дважды посмотрела сначала на внутреннюю часть ладоней, потом на внешнюю. Бакет заметил этот религиозный жест и пренебрежительно отметил:

– Сколько угодно обливайся, а наша доча сделает так, как считает нужным.

Он вооружился поварешкой, быстро хлопнул в тарелку суп и сел за стол. Кушать он начал мгновенно, ритмично орудуя ложкой, но при этом не разбрызгивая капли вокруг тарелки.

– Как же так, доча? – Ироя подошла к кастрюле и зачем-то принялась помешивать суп, как будто он пригорал. – Девица не может жить одна, особенно в столице.

Мали уже много раз слышала эту фразу и, в последние время, реагировала на нее одним возражением:

– Ну, ма! – чуть капризно воскликнула она.

Ироя перебила ее заявление. Бросив мешать суп, она властно уткнула руки в бока.

– Еще скажи, что они сами работают!

– Конечно, работают.

Ироя громко и пренебрежительно фыркнула.

– Глупости! Девица не должна работать. Она следит за домом, готовит, стирает, растит детей. Если к этому списку добавится работа, то она просто умрет от истощения.

– Ма, в столице все не так устроено… – в отчаянной попытке отстоять свою правоту, возразила Мали, но Ироя не желала слушать.

– Хватит думать о глупостях. Одна в столицу ты не поедешь. Поскольку ваш батюшка отказывается от переезда, значит, мы останемся в Каргосе и завтра ты, без напоминаний, с утра идешь к свахе, которая живет у мельницы.

От ее слов даже у Крилавина задрожали колени. Об этой свахе в городе ходили жуткие слухи. Оплату она брала повышенную, но еще никогда не ошибалась с выбором.