Казанова в Петербурге

– Я смогу дать тебе рекомендацию как надежному слуге,—милостиво сообщил лакею кавалер,– но должен убедиться в этом и поэтому поручаю тебе продать ценную вещь.

Риго обрадовался: он был доверчив и простодушен, этот французик, в отличие от канальи Ганса, по шее которого скучала веревка.

Вручив лакею золотые часы луковкой с изящной цепочкой и несколькими брелоками, кавалер развалился на постели, решив вздремнуть до его возвращения: если пожалует полячка, ночью не придется спать. Его отдых прервал неожиданный приход камергера герцогини Курляндской: в замке давался костюмированный бал; наслышавшись от г-на Кайзерлинга о прибытии знатного иностранца, Ее Высочество звала его к себе.

Польщенный кавалер безупречно вежливо отклонил приглашение герцогини: он только что прибыл; его багаж с придворной одеждой пока не получен. Посланец возразил, что все необходимое он найдет у городского торговца; он удалился, рассыпаясь в комплиментах и оставив кавалера в большом затруднении. Что было делать? Скрыться из Митавы немедленно? А как же полячка?

– Сколько? – нетерпеливо крикнул он, услыхав шаги лакея: простофиля и не подумал сбежать с часами по примеру Ганса.

«Этому ничего не добиться в жизни»,– пренебрежительно подумал кавалер.

– Итак, сколько?

Но это был не Риго. В комнату с поклонами вошел некий туземец.

– Назовите сумму сами,– сладко улыбнулся незваный гость.– Я готов обменять на дукаты все ваши золотые фредерики.

Опытный в таких делах кавалер догадался, что перед ним меняла. Предложение показалось ему забавным.

– У меня нет ни одного фредерика, любезный.

– Но, по крайней мере, у вас найдется несколько флоринов? – еще слаще улыбнулся посетитель.

– Ровно столько же! – кавалер не счел нужным пускать пыль в глаза.

Гость вкрадчиво наклонил голову:

– Как мне сказали, вы едете из Англии. Может быть, у вас есть гинеи?

Вспомнив свое поспешное бегство от английских кредиторов, кавалер расхохотался:

– Нет, только дукаты.

– А уж их-то, конечно, у вас кругленькая сумма? – угодливо захихикал гость.

– Вы так сорите ими, даете горничным по три дуката на чай, что об этом говорит весь город. Так надолго не хватит никаких денег.

Кавалер ухмыльнулся в ответ, молниеносно соображая: вот что значит быть иногда щедрым с женщинами! Фортуна сама шла ему в руки, следовало ее не спугнуть.

– Вы угадали, любезный, наличных у меня уже нет. Мне немедленно нужны двести рублей. В обмен я подпишу любой вексель.

Наивный меняла выразил восторг.