Вязь времен-1. Игра воображения

За те доли секунды, что я завороженно созерцала этот чудный раритет, Генрих мгновенно развернулся, и оказался лицом к лицу с сухонькой, но необычайно живой старушкой. Старушка отступила на шаг и пренасмешливо поцокала языком.

-Какая короткая память у наших соотечественников, не так ли, малыш?

От неожиданности я громко прыснула - никогда не встречала ничего забавнее внушительного мужчины очень средних лет, которого с такой уверенностью величают "малышом". Отчего-то мне представилось, что Генриху и в детстве не слишком часто перепадали подобные ласковости.

Старушенция меж тем не унималась и, не дождавшись ответа, обратилась к моей скромной особе:

-Надобно признать, на сей раз ты выбрал лучше, - оглядев меня, она лукаво подмигнула Генриху, - Должно быть, просто потому, что намного дольше выбирал?

-О чем вы, любезная госпожа? - Генриху плохо удалась нотка безразличия, и старушка тут же это заметила.

-Вечно вы, мужчины, делаете вид, что ничего не поняли, когда вам нечего сказать… У женщин для подобных целей имеются реверансы - по крайней мере, нечто более изящное, чем ваши растерянные физиономии, - отрезал "божий одуванчик" тоном юной кокетки.

Моя улыбка сделалась неприлично широкой.

-Когда тебе нечего сказать, делай реверансы: это экономит время, - все цитаты я выбалтывала исключительно по-русски, пользуясь своей репутацией "сумасшедшей иностранки". На сей раз, однако, шутка оказалась не для одной меня.

Старушенция величаво кивнула:

-Вот именно, вы знакомы с правилами хорошего тона, моя дорогая, - и увидев выражение крайнего изумления на моем лице, снизошла до объяснений: - Не удивляйтесь, что я поняла вас - у меня было…(она слегка задумалась) несколько русских любовников.

Я научилась понимать их…иногда, когда они не были слишком пьяны. Единственное, чего мне никогда не понять, так это вашей тарабарщины, как это?.. "По матушке"?

Это было последней каплей в чаше моего терпения. Я так расхохоталась, что стоящие поблизости придворные принялись рассматривать нашу группку с искренним интересом.

К сожалению, они не могли оценить по достоинству комизм ситуации, в которую я угодила. Подумать только, вот оно, мое везение: впервые в жизни попасть в высшие придворные круги, и веселиться так, как мне редко удавалось и в компании очень близких друзей.

Я даже не могла сообразить, хорошо это или плохо - но как бы там ни было, мое безудержное веселье могло только еще закрепить за мной репутацию "странной русской", столь полезную в данный момент.