Двум смертям не бывать

Выпитое мало-помалу выветривалось из головы, оставляя то мутное, дурнотное состояние, что предшествует похмелью.

У шатра маркиза на мужчину налетела давешняя девица, оставшаяся ублажать Дагобера. Рамон проводил ее взглядом, машинально заметив, что девчонка всхлипывает едва ли не в голос.

— Чего это от тебя зареванные девки поутру убегают?

Дагобер приподнялся на локте, не удосужившись прикрыться.

— Я ей королевский указ прочитал. Его величество озаботился душами воинов. И повелел всякому, встретившему в расположении армии его подданных гулящую девку сломать ей руку, отобрать деньги и выпроводить восвояси.

— Постой…

— Просто не заплатил, — хмыкнул маркиз. — Пусть радуется, что легко отделалась.

Рамон помотал головой: соображалось туго.

— Ночью, что ли, указ пришел?

— Нет, конечно. Дня два назад.

— То есть ты с вечера знал, что не заплатишь?

— Конечно. Хотел днем рассказать, чтобы ты тоже не тратился, да из головы вылетело.

Рамон высунулся из шатра — девицы уже не было видно.

— Убирайся, — бросил рыцарь.

Она кивнула, мигом оделась и исчезла.

Оруженосцу пришлось помочь подняться.

— Эй, ты чего? — изумился Дагобер.

— А сам не понимаешь?

— Иди, проспись. Это всего лишь шлюха.

Рамон долго пристально смотрел на приятеля. Тот заерзал под взглядом, начал натягивать покрывало.

— Да, — медленно отчеканил Рамон. — Она — всего лишь шлюха. А кто — ты?

Дернул ничего не понимающего Хлодия за рукав и, едва не оборвав полог, вышел.

Глава 4

— Вставай, господин!

Рамон кое-как оторвал голову от ложа. Выругался: просил ведь, чтобы не будили, хотел переспать похмелье. В дурнотном мареве, застившем глаза, вырисовалось лицо Хлодия. Парень тоже выглядел не ахти: отец держал его в строгости, и ощущения после бурной ночки оруженосцу явно были внове.

— Пожар? Потоп? — поинтересовался рыцарь.

— Нет, господин.

— Тогда какого рожна?

— Отец велел разбудить.

— Правильно, я велел, — послышался голос Бертовина откуда-то из-за поля зрения.

Рамон рухнул на подушку, длинно и путано объясняя, что и как именно его воин может сделать с величием, да и делами заодно. Сколько лет, в конце концов, можно воспитывать давно взрослого человека? Закончить тираду не дали. Сверху рухнул столб ледяной колодезной воды, на миг показалось, что она повсюду, свернулась вокруг холодным коконом, запретив дышать.