Рыцарь и чума

Всю дорогу до дома ворчал под нос:

— Фанатики без единой капли разума! Чтобы вы все утонули! Будто сговорились по обе стороны моря, только там нам говорили, что наши враги мусульмане! А на самом деле им нужны лишь деньги и земли!

— Кто так говорил, отец? — спросил Ральф, едва догнав отца.

— Не важно! — отмахнулся Урбан. — Не повторяй моих слов нигде, понял?

— Так болезнь придет сюда? Или нет? — спросил Ральф. — Купец сказал правду?

— Они заболели не потому, что их вера плохая! — раздраженно ответил Урбан.

— Когда-нибудь ты поймешь, что на свете нет ни плохих, ни хороших. И бог уж точно не станет посылать болезнь, чтобы выкосить целую страну! Он-то не сумасшедший фанатик!

— Так болезнь придет, или нет? — повторил вопрос Ральф и отец вдруг посмотрел на него и рассмеялся:

— Ты разговариваешь как малое дитя! А ведь тебе уже двенадцать! — он вздохнул и покачал головой, отвечая на вопрос сына. — Индия далеко, думаю, ни один зараженный не выдержит такой долгой дороги... Мы в безопасности.

Но чума все-таки добралась и до них.

Однажды в оживленный городок, куда Ральф с отцом ходил за покупками, пришел очень бледный человек. Говорили, что у ворот он оперся на стену и стражник спросил, что с ним. Человек сказал, что ищет врача и пошел через заполненную людьми площадь в глубь кварталов.

Никто сперва не знал, что в доме врача человек через несколько часов умер. На другой день к нему в дом пришли несколько соседей и стражник, что вчера стоял в карауле у ворот. Они были бледны, как сама смерть и дрожали от лихорадки, но врач принять их не смог; бледная, как мел служанка объяснила, что ее господин и сам болен.

Закашлялась, вытерла пот со лба и ушла вглубь комнат, ещё не зная, что этот порог ей уже не суждено никогда переступить.

Дальше всё развивалось быстро, в считанные дни болезнь охватила весь город, распространяясь как лесной пожар. Ужас вперемешку с горем царил внутри стен. Те, кто еще не заболел, оплакивали родных и близких, и тряслись от ужаса, ожидая, что вот-вот почувствуют первые симптомы.

Плачь и стоны слышны были даже за стенами. Ральфу очень хотелось пойти и посмотреть, что там происходит, но отец запретил ему даже приближаться к городу.

Потом пришли вести, что жители предместий попытались запереть ворота снаружи и поджечь городок, но было поздно — в окрестных поселениях уже появились первые зараженные.

— Даже не говори ни с кем, кто подходил к городу! — говорил Урбан, быстро собирая вещи.