Таёжный острожек

Стан стоял, как и должен был, но то, что мы там увидели… – его голос сломался, дьяк замолчал, в комнате повисла гнетущая тишина.

– Как здесь? – Потап кивнул в сторону окна.

– Как здесь. – Андрей кивнул, – Тела, в беспорядке были разбросаны по лагерю. Тела без голов. Видно было, что их убили на рассвете, многих во сне. Все постройки стана были сломаны. Везде была кровь, кровь и грязь. А ещё видно было, что напавшие забрали всё оружие. Мы опасались погони, мы никого не погребли, просто собрали часть вещей, которые уцелели, и двинули на Полдень, обратно.

Через неделю уже перестали думать, что за нами гонится ворог. Ещё через неделю вышли к реке, поняли, что уходим другой дорогой, не той, что пришли. И потому пошли по берегу, посчитали, что сюда выведет. Встретили струг второй с этого острожка. Казачки плыли по дичь и рыбу вверх по реке, как сами сказали. Мы предостерегли их от плаванья сильно в верховья, так как там могли быть те, кто напал на наш отряд. Мы не стали пугать их росказнями, да видно зря.

– Струга вторая была у Ивана Головина. – произнёс Касим, – Там с ним и ватага была, сколько у нас числом.

– Семеро их было. Посчитаны все. – со странной интонацией произнёс дьяк, – Они отправились своей дорогой, а мы заторопились своей. В голове была мыслишка, всё бросить, и податься в Енисейский острог. Но сначала мы добрались до сюда и сразу держали совет с Гаврилом Евгеничем. Ему–то я всё честь по чести обсказал. Он грозился, что в поруб меня посадит, за что своих братушек не погрёб, что оставил тела на поруганье зверью.

Но от рассказа о ваамо насторожился, послал дозорных куда–то, как я понял.

– На Караульный холм. – кивнул Еремей, – Основная дорога мимо него проходит, там башенка наблюдательная.

– В голове те события путаются, потому что буквально произошло всё в один день. – Перфильев потёр лицо рукой, – Позавчерашний день.

Над погибшим острогом стояла ясная лунная ночь. В свете Луны дерево стен и домов казалось белым, словно и правда все постройки были сделаны из костей, а сам острог без людей был лишь скелетом, который по какой–то причине оказался на поверхности земли.

По небу неслышно пролетали совы, гнус отступил, от реки задул ветер. Волны, которые течение несло к берегу, били в бок струга и колыхали его.

– Гаврила Евгенич не успел меня посадить в поруб. – дьяк рассказывал немного дрожащим голосом, – Приплыл по реке струг, который мы повстречали, когда шли в острог.