Переправа

– Отсюда и до самого Райваля – болота, –  Алир очертил рукой широкий круг.

– На карте есть гать, – отрезал Рыс.

– Знаю я эти карты, по ним только к Старухе и дойти,– буркнул Алир, но стал помогать сестрам собирать вещи.

***

Рыс был прав – кольцо вокруг Нахолма смыкалось стремительно.

– Вот и к чему все было?! – шипел Алир, разглядывая сквозь заросли камыша и редкий сосновник, как в отдалении по лесной дороге бесконечным потоком движутся пехота и обозы веллов, – если только наши ребята столько раз на ту сторону ходили да, как кот мышу в зубах, несли: там – обозы с припасами подтянули, здесь, за лесочком  – пехоты дюжина сотен припылила, и окапываться не собираются.

– Надеялись, что остановят, – пробормотала Ангера, устало отмахнувшись от роя комаров перед лицом.

– Кто?! Такие овечьи пастухи, как он? – Алир дернул плечом в сторону Баташа.

– Хашшш! – Слева в зарослях малины медленно двигались тени, почти незаметные на фоне листвы. Травленная пятнами кожа курток, мягкие сапоги, луки – они шли цепью, прочесывая лес.

– «Совиные перья», егеря, – не проскочим, – решил Рыс, когда пятнистые, не хрустнув веткой, не подняв с гнезда полохливую сороку, прошли мимо, – пойдем по бережку озера, к болотам, туда не сунутся.

– Чего это не проскочим? Первый раз что ли? – возмутился Алир.

Но Рыс посмотрел на женщин и покачал головой:

– Подъем, бабоньки, пока эти прошли, и не стемнело окончательно, надо идти.

Сестры и штаб-лекарь были, видать, людьми к переходам привычными. Тяжелые рюкзаки несли безропотно. Сестры высоко подоткнули темные хламиды, а под ними оказались крепкие сапоги и мешковатые штаны. Лица от комаров замотали платками. Но все равно шли медленно. Баташ, наверно, успел бы туда-обратно сбегать, пока добрались до сухого холмика.

– Дальше идти в темноте нельзя. Отдыхайте.

Женщины скинули с плеч рюкзаки и устроились поодаль, насколько позволяла сухая полянка. Ангера достала  трубку и кресало, но Рыс велел:

– Огня не разводить!

– Я думала, ты про костер, – Ангера с сожалением спрятала трубку.