Волк. Тайна Черной пирамиды

И по рядам партера пробежал, где торжественный, а где и фальшивый, а то и подвывающий хор голосов:

– Бо-же, царя храни...

После того, как гимн был исполнен, и государь опустился в ложе, все остальные тут же последовали его примеру. Последние свечи потухли и представление началось. Впрочем, оно показалось Владимиру наискучнейшим. А все его мысли оказались заняты наглым молодым графом Рябовым, позволившим себе усомниться в его словах. Поэтому когда представление отыграли, Волков раскланялся с компанией и отправился в трактир, где снимал комнату, предварительно пообещав Ане заехать за ней на другой день по дороге в поместье.

Переговорив об этом, Владимир поймал на себе недовольный взгляд Павла, но большого значения этому не придал. Ревность друга лишь забавляла его и тешила самолюбие.

Глава 4. По дороге в поместье

С утра Владимира разбудил Игнат. Слуга все же нанял экипаж до поместья, о чем вчера даже и не удосужился сообщить. Волков открыл глаза и недовольно посмотрел на Игната.

– Почему ты не сказал мне об этом раньше? – лениво потягиваясь в кровати, спросил Владимир.

– Я говорил, барин, но вы меня не слушали, – обиженно произнес Игнат. – Вчера вы были заняты «Мадам Клико». – И слуга кивнул в сторону пустой бутылки, стоящей на прикроватном столике.

– Ах да. Возможно, – отмахнулся Владимир, вспоминая, что вчера он был разозлен из-за случая с графом и пытался тем самым отвлечься. А поиском экипажа занимался верный Игнат.

Зевнув и потянувшись спросонья Волков добавил:

– Ну что ж, вели, пускай обождут полчасика, и я буду готов.

Надеюсь, моя поклажа уже собрана?

– Обижаете, барин. Все уже готово, вещи спущены, ваша одежда почищена, завтрак сейчас будет...

– Что бы я без тебя делал?!

– Не знаю, барин, – пожал плечами Игнат. – Но хочется надеяться, что лучше со мной.

Волков улыбнулся. Своего слугу он любил и ценил, и всегда полагался на него, на что тот отвечал расторопностью, иногда даже излишней.

– Ладно, неси завтрак. Встаю.

После того, как Волков откушал, умылся, оделся и провертелся у зеркала целых десять минут, придавая своему седому локону должное положение на челе, Владимир, наконец, вышел из поднадоевшего ему трактира «У Гофмана» и вдохнул полной грудью.

Утренний петербургский воздух казался приятным и таинственным. За недолгое пребывание в столице, Волков так и не сумел им, как следует насладиться.

Экипаж ждал у входа. Все имеющиеся у барина вещи оказались уже погружены Игнатом наверх крытой повозки.