Атлантида Сумрачного Солнца: Мир Грапы

— Nipaqui nimitzixmati! [29]!

— Tlazohtzin, ticmati nahuatlahtolli? [30] – встрепенулась и, несказанно удивившись и наотрез отказываясь верить своим ушам, поспешила всё же уточнить у своего возлюбленного Анакаона.

— Cualli nictencaqui, yece ahueli nictenehua[31]! Zan quezqui tlahtoltin nicmati! [32] – виновато признался тот, не имея ни малейшего представления о том, как можно правильно и доходчиво для дикарки описать на родном языке Анакаоны свою врожденную, пусть даже в Ойкумене и им частично утраченную, способность-«силу» — телепатически улавливать и понимать чужие мысли.

«Значит, мой тлазохтзин, ты пока не сможешь рассказать мне о глубине и искренности своей любви? Как жаль… Ну, да ладно, я всё сделаю сама!» — вновь перешел к прямому чтению мыслей девушки Тритон, решив оставить изучение особенностей разговорной речи ойкуменцев на потом, а вместо этого – ещё раз и демонстративно трепетно и нежно поцеловать Анакаону в алые уста.

— Так вот, мой любимый, для того, чтобы мы и дальше были вместе и любили друг друга, как сейчас – ты должен стать моим Намиктли … — к немалому удивлению для жреца и искреннему восторгу Ксоло, уже начавшего ревновать свою хозяйку к чужеземцу, неожиданно воспротивилась и даже демонстративно отстранилась от атланта мешикская девушка. — Но, главное – ты должен ради меня пройти наш стародавний обряд посвящения чужеземцев в людей мешика – игру в тлачтли.

— Comalli? [33] Tlen quihtoznequi inin? – чисто непроизвольно вырвалось у Тритона, хотя он уже и зарекся пользоваться языком дикарей.

— Это очень древняя традиция, мой тлазохтзин! – с готовностью пустилась в детальные объяснения Анакаона, как бы между прочим вставая с «брачного» ложа и начиная в заметной спешке и с неожиданно проснувшейся стыдливостью одеваться. – Если в двух словах, то её придумали ещё наши далекие первопредки-ольмеки [34] … С тех пор, когда племена Астлана и Укатана из-за чего-то спорят или сорятся друг с другом, их касики собирают для предотвращения войны две команды по семь человек и приводят их на ритуальное игровое поле в форме буквы Н.