Атлантида Сумрачного Солнца: Мир Грапы

Он представлял собой массивный портик, образованный двумя колоннами, изображающими змей и украшенными затейливым скульптурным орнаментом.

Пожалуй, это было всё, на чём Тритон успел заострить своё внимание, прежде чем по сигналу Уэй-Тлатоани двое верховных тламакасков и ещё двое особо могучих и широкоплечих куакуиллей вдруг и без предупреждения не обхватили его с разных сторон и не швырнули с размаха на круглый каменный алтарь. Распластав его тело на алтаре таким образом, чтобы грудная клетка жертвы-атланта выгнулась немного вперед, они стали крепко держать его за руки и ноги.

Тритон был несколько обескуражен такой поспешностью ритуала жертвоприношения. Но когда Верховный Жрец-Топильтсин Начан Каан Канек, «дающий огонь», подошел к его к распластанному телу и уже занёс нож-текпатли, чтобы сделать на груди на беззащитного, по твердому убеждению всех собравшихся на вершине Пирамиды Кукулькана тленамакаков, ишиптлу глубокий поперечный надрез, он …

Он, то есть возрожденный атлантский жрец, а не покорный своей судьбе ацтекский ишиптла-тлакотли, вдруг и безошибочно понял, что больше медлить, продолжая и дальше разыгрывать из себя невинную и беспомощную овечку, уже никак было нельзя!.

А посему Тритон скоропостижно собрался с духом, мучительно и осторожно, так как никогда этого ещё не пробовал делать на практике в Ойкумене, сконцентрировав всё своё сознание в одной точке, а всю свою волю и дарованные им самим Посейдоном сверхъестественные способности собрав в единый ударный кулак, и …

И, как Тритон и рассчитывал, свершилось маленькое, но вполне себе реальное для примитивных дикарей Ойкумены, «чудо»: до этого безупречно твердая и многоопытная рука Верховного Жреца-Топильтсина Чичен-Ицы самым невероятным для всех собравшихся ацтеков образом дрогнула и, вместо того, чтобы кровожадно рассечь трепетавшую плоть от страха плоть назначенной жертвы, сама собой и неудержимо вонзила его же текпатли ему же, Начан Каан Канеку, в едва прикрытую тонкой тканью тильмантли грудь!.

Все собравшиеся на верхней площадке Пирамиды Кукулькана и непосредственно вокруг жертвенного алтаря ацтеки оцепенели с открытыми ртами и мертвенно побледнели так, как если бы их природная кровь, кожа и плоть сами собой и в одно мгновение превратились в серовато-бурый, безжизненный мрамор.