Магдалена

Камила нахмурилась. Её знакомая говорила, что этот рыжий герцог жил раньше в Люнденвиге набегами, предпочитая жить где-то в своей провинции. Камила подумала, что даже примерно не знает, какая провинция принадлежит какому герцогу, где могут находится их дворцы или замки. Всё, что было известно — это огромный северный замок, который разорили из-за слухов о торговле людьми.

Камила откинула письмо. Она посмотрела в окно и вернулась в кресло. Идея с отравлением короля принадлежала именно ей. Женщина подумала, что если помощник Йорка проболтается, то ей не сносить головы.

Камила сжала кулаки. Ей казалось, что кто-то мешает её планам. Женщина уже мечтала, что её сын станет правителем, а она вернётся в Люнденвиг и изменит положение вещей в королевстве.

Женщина глянула на другое письмо и долго думала, стоит ли его открывать. Отец постоянно требовал от неё чего-то. Камила не хотела, чтобы сюда приехал кто-то из её многочисленных братьев. После гибели Хуана отец совсем с цепи сорвался, а рядом с ним тёрся Диего.

К ней приехали под вечер, когда на улице уже стало темнеть. Женщина сидела в кресле около камина и рассматривала огонь. Доходы от торговли медной рудой приносили ей баснословные прибыли, часть из которых уходила главе рода Трастамар, а мизерная часть Йорку, чтобы помалкивал.

— Ваше Величество, — сказал слуга. — К вам приехали гости.

Камила отставила бокал с вином и приказала впустить, а когда двери открылись, едва не выругалась. Перед ней был Йорк, Монтегрю и Экстер.

На мгновение ей показалось, что Джон Холанд — это её погибший брат Хуан. Эти синие глаза с издевательской насмешкой были ей знакомы, но это было лишь мгновение.

— Что вы хотели, лорды? — максимально спокойно спросила она.

Йорк сел напротив Камилы, а Экстер чуть в стороне. Женщина подумала, что Джон выбрал тёмный угол, но потом откинула эти мысли. Он сел в первое попавшееся кресло. Монтегрю опустился рядом с ним и осмотрел гостиную.

— А вы неплохо устроились, леди, — сказал Рэдж.

— Вы приехали оценить мои интерьеры? Или у вас более весомая причина.

— Причина, леди, — сказал Питер, — более чем серьёзная. Мы разговорили вашу подругу в столице. Моего помощника она сдала. Вам нужно говорить, что будет, если об этом узнает король?

Камина отрицательно покачала головой. Хлодион не станет слушать её оправдания, а легко казнит. Она ещё помнила, как он отправил на плаху любовницу, которую только заподозрил в предательстве.