Картины забытой вечности

Всё это время она не переставала ворчать. Иногда я пыталась завести с ней разговор, пробовала задавать вопросы, благодарить за спасение. Лада даже не отшучивалась, но просто продолжала ворчать и бурчать.

Любой нормальный человек не стал бы ярить своего спасителя. Ну что ж, я явно не такая.

– Откуда у тебя такой чудной наряд? – вновь начала спрашивать я.

– Любопытно! – хрипло усмехнулась Лада. – Милая девушка, как же ты мне надоела со своими мелкими вопросами! Наверное, так себя чувствует стена под ударом кувалды.

Она продолжала усмехаться, всем видом показывая своё мнимое превосходство надо мной.

– Я не кувалда! Просто лежу здесь целыми днями, иногда отползаю в кусты по делу. Ты ведь запретила мне двигаться больше необходимого. Скучно! – без малейшего проблеска совести заявила я.

Лада же просто встала и подошла к своей весьма увесистой котомке. Она развязала кожаные тесёмки и запустила руку внутрь, а затем вынула моток бечёвки.

– Сеть сплести сумеешь? – Лада вопросительно изогнула бровь.

Я счастливо улыбнулась и протянула вперёд руки.

Вот и дело нашлось даже для такого раненого птенчика.

– Спаси меня ещё раз! – округлив глаза, воскликнула я. – Сплету сеть, оплету все деревья вокруг, переплету твою косу, расплету…

Лада застыла от изумления.

– Нет, просто сделай сеть. Когда дойдём до поймы реки наловим рыбы, а пока что укрепим ей наше жилище. Уж больно ветер треплет верхние ветви, – медленно начала втолковывать она, словно бы перед ней сидел бедный на разум человек.

Бедняга. Что же у неё за жизнь, раз шуток не понимает?

IV

Дни шли, солнце всходило и заходило, луна умирала и возрождалась вновь.

Я же сидела в нашем уютном лесном жилище и с наслаждением вдыхала тягучий запах хвои. Ходить всё ещё было непросто, порой ноги не слушались, но всё же тело исцелялось. Боль постепенно уходила, а сегодня меня побеспокоило только одно колено, да и то лишь на мгновение.

Вокруг ещё стояла мгла, но рассвет уже близко, а это означает лишь одно – пора в путь.

И я не одна буду в этом пути.

Лада ругалась на незнакомом мне языке. Лада шипела как сто гадюк. Лада порезала себе лоб, выполняя своё ежедневное действо – сбривание бровей. Почему же? Всё просто. Я просилась пойти с ней куда угодно, хоть в Царьград.

– Неужели моё лицо похоже на твою матушку? Я не собираюсь с тобой нянчится!

Я же бережно складывала пополам моё единственное сокровище – кусок рогожи.

– И зачем ты её берёшь с собой? – продолжала ворчать Лада.