Путь домой. Четыре близнеца.

Но это не было миражом! И всё же, время позднее, и что здесь делать Френсису Бетенгтону?! Рай должен был разобраться. Он сгрёб в охапку шляпу и плащ, взял кружку и подошёл к так заинтересовавшему его дворянину.

— Вы позволите? — произнес он, прося разрешения присесть.

Тот поднял голову и выразил искреннее удивление:

— Разве здесь мало свободных мест? Лично мне не нужна компания.

Это был Фрэнк!

Рай с облегчением вздохнул и тяжело опустился на скамью напротив, совсем упустив из виду, что вообще-то ему отказали в этом праве.

— Что ты здесь делаешь, сынок?! Тоже герцог прислал?

Френсис со всё более возрастающим недоумением смотрел на Рая и объясняться не спешил.

— Кажется, я задал вопрос! — нахмурился Рай.

— И я правда обязан отвечать? — поинтересовался юноша, не меняя выражение лица.

— Как знаешь, — сощурился Рай.

Что-то в воспитаннике ему не нравилось. Да, платье незнакомое, держится странно, но это же Фрэнк!

— Тебе есть где ночевать? — поинтересовался Рай.

— Да, конечно.

— Прекрасно, значит, эту ночь я проведу не в седле... Ты приехал один или с Анри?

После довольно длинной паузы, такой странной для Френсиса, молодой человек, наконец, задал неожиданный вопрос:

— Позвольте всё-таки узнать, с кем я имею честь разговаривать?

Стоит ли говорить, что такие слова явились для Рая, словно гром среди ясного неба?

— Ты в себе, мальчик мой?

— Не волнуйтесь, прошу вас, - и Френсис примиряюще улыбнулся, - Право, я не хочу, чтобы вы плохо думали о том, с кем меня путаете.

— Путаю?! Я?! – изумился Рай.

— Именно! Раз я вас не знаю, значит, вы обознались. Всё возможно... — и молодой дворянин невесело усмехнулся.

Рай почувствовал, что либо он сейчас сойдёт с ума, либо Фрэнк надолго запомнит этот вечер. Ему было не до шуток.

— Не хотите представляться, и не надо, — продолжал странный Френсис, тоже став очень серьёзным, — Я же считаю своим долгом сообщить вам, что являюсь сыном графа де Лаган, Антуан де Валеньи к вашим услугам.

Эти слова были произнесены уверенно, без малейшей тени притворства, да и синие глаза молодого человека отрицали всякую возможность лжи. Рай вдруг обратил внимание на слабый фрагийский акцент и удивился, как мог не заметить это раньше. Он отказывался что-либо понимать. Фрэнк был способным юношей, но так искусно разыгрывать!..