Нефритовый век

А потом Цзяо-ся будто заметила его, повернула голову в его сторону и тут же нахмурилась, сердито, даже зло.

Чжэн вдруг почувствовал себя ужасно одиноким. Он понял, что никогда не действовал сам по себе, ни разу в жизни! И вот, сперва похитили его учителя, затем побратим внезапно стал заклятым врагом, а теперь отвернулась и та, чью преданность он никогда не ценил, считая, что лисица просто таскается за ним следом по своей прихоти!

Помощника окликнул капитан. Тот ловко запрыгнул на мачту, чтобы подтянуть парус.

Чжэн Вэньдао решил воспользоваться моментом, ибо кто знал, решится ли он снова на этот шаг.

А вот что сказать, он не знал. И потому медлил.

– Я снова видела твое путешествие, – неожиданно сказала Цзяо-ся, не переставая хмуриться. – И помню этого Хоу И из храмового обучения. Пока вы искали в свитках приемы боя, я искала интересные истории. Так вот, как и наш досточтимый Цан Цзе, стрелок просил у богов бессмертия за свой подвиг. И в отличие от старикашки, получил его. Но его предала собственная жена: она выпила эликсир, который был для них двоих, и сбежала от мужа.

Теперь его гложет чувство несправедливости, и он никому не верит. И у него одна надежда – на нефритовый век.

И чего он всем дался, этот нефритовый век, подумал Чжэн. Посмотрел на хмуро глядящую на снежные пики лису и решился.

– Цзяо-ся, – мягко произнес он. Кажется, никакие церемонные речи тут не подходили, а другим его никто никогда не учил. Поэтому Чжэн решил сказать то, что пришло ему в голову, как это обычно делала лисица.

– Я не хочу терять твою дружбу.

– Дружбу? – Девушка поглядела на него, прямо в глаза, и он едва не отвел взгляд. – Так мы друзья?

– Не будь мы друзьями, разве я не составил бы тебя там, в Преисподней? – ответил он.

Лисица наклонила голову, глядя на него с любопытством. С озорным любопытством. Как он, оказывается, соскучился даже по такому взгляду!

– Друзья, значит, – вкрадчиво произнесла Цзяо-ся. – Тогда ответь мне на три вопроса, только честно. Первый: ты вернулся за мной, потому что я твой друг, или из чувства долга, потому что так поступают благородные воины?

– Я… – начал было Чжэн, но запнулся.

Лишь на долю секунды, чего лисице было достаточно. Она не дала ему продолжить и задала следующий вопрос:

– Вернулся бы ты за мной, если бы на тот момент уже знал, что это я спалила деревню, да еще и давным-давно?

На этот раз воин промолчал. Он не знал ответа на этот вопрос, но одно мог сказать наверняка: он мог бы засомневаться.