Нефритовый век

Теперь Цзя сам стал злом, которое он поклялся искоренить.

И все-таки, как же случилось так, что грядущее царство Шан не знает письменности?

Когда Цзяо-ся услышала, как весело затрещали ветки в ожившем костре и закипел котелок, она потянулась и открыла глаза. Снова в человеческом облике, рыжая, будто этот самый костер. О нет, она умела превращаться и в черноволосую, но только тогда, когда нужно было слиться с толпой. Если же в этом надобности не было, то хвост рыжих волос на затылке выдавал её за версту.

Чжэн улыбнулся. Трудно было не улыбаться, когда глядишь на нее: сама она всегда обнажала в улыбке свои белые, ровные зубы.

– Ну и что сегодня? Идем в долину? – спросила девушка.

– Идем, – ответил Чжэн Вэньдао. Вчера селяне рассказали о живущем там мастере Цан Цзе. Ничего другого разузнать не удалось: люд здесь жил темный. И все же имя старца казалось ужасно знакомым, вот только вспомнить, где Чжэн мог его слышать, не получалось.

– А что они там говорили про нечистую силу? – Цзяо-ся уже вскочила, прошлась, а потом подпрыгнула, зацепилась за нижнюю ветку огромного дуба, подтянулась и села на нее, обхватив с двух сторон сильными, ловкими ногами. Она с любопытством глядела вокруг, ее глаза горели.

– Говорили, что надо опасаться этого леса, где-то здесь – Академия чудовищ, – ответил Чжэн.

Цзяо-ся присвистнула.

– Как же тут выживает этот старик? – спросила она. – Он должен быть непревзойденным мастером боевых искусств.

Некоторое время они пробирались через рощу, пытаясь следовать в том направлении, что указали им в деревне. Роща неожиданно закончилась обрывом: с его края открывалась огромная зеленая долина, раскинувшаяся внизу. Кое-где она была покрыта лесом, но большей частью представляла собой поле, изумрудное, искрящееся росой. Через поле бежала река, что начиналась с водопада, а он спускался к полю по исполинским каменным ступеням, с гор, которые уходили в вышину на обратной стороне долины.

В самом же долине вот-вот грозило произойти что-то непотребное.

По зеленой траве ковылял старик с палкой, его длинные седые волосы были сплетены в пучок на затылке. Простой халат, та же повязка из грубой ткани, почти закрывшая ему глаза: вне сомнений, это был тот самый Цан Цзе. Под мышкой он нес связку бамбуковых свитков.

А с другого конца долины в его сторону неслось чудовище, разбрасывая вокруг комья земли с травой.