Первое лето нового мира

Можно было подумать, что они просто устали ждать князя и легли отдохнуть, если бы не костяные рукояти ножей, торчащих из груди, да немного крови на одежде.

Не помня себя, князь подбежал, рухнул на колени перед телами. Взял руку Олёны, ещё тёплую, но уже начавшую коченеть, прижал к щеке. Разжал пальцы. Коснулся чистого лба сына, смахнув букашку. Почернев лицом, замер.

И завыл, запрокинув голову к небесам. Завыл страшно, протяжно, раскачиваясь взад-вперёд, вслепую шаря руками по траве, выдирая с корнем былинки, оставляя борозды от ногтей.

Выл, не замечая, как из рассветных сумерек выскользнули серые тени. Несколько волков окружили князя и уселись вкруг, вывалив розовые языки и глядя на Мирослава.

— Княже.

Из-за спины неслышно шагнул седой однорукий зверолюд, ведя за руку черноглазого мальчишку.

Князь умолк, но раскачиваться не перестал, глядя прямо перед собой.

— Зачем? Почему теперь? Ты понимаешь, оборотень, что теперь это война до последнего? До последнего человека и последнего волка? Зачем это Ратко? Зачем теперь мне мир?

Зверолюд помолчал и тихо ответил:— Нет, князь, это не война.

Князь поднял сухие глаза и с ненавистью уставился на волколака. Тот отпустил мальчишку, достал из сумы нож, подбросил его, перевернув, и протянул князю рукоятью. Сказал:

— Это сын Ратко, княже. Ты волен забрать его и мою жизнь взамен. Тебе решать. Или ты можешь отказаться и подумать, как жить дальше, миром или местью.

Князь выбросил вперёд руку и вырвал у волколака нож. Мальчишка судорожно сглотнул, но не отступил ни на шаг, только часто задышал, глядя на Мирослава чёрными, как уголь, глазами.

Князь рывком поднялся с колен и зашёл мальчишке за спину. Тот не шевелился, хотя его била заметная дрожь. Зверолюд же молчал, сдвинув брови.

Мирослав обошел их кругом, остановился, глядя в глаза волколаку. Сжал холодное железо левой рукой и с силой потянул правой.

— Уходите. Убирайтесь.

Зверолюд прижал единственную руку к груди, поклонился и неслышно отступил, потянув за собой дрожащего мальчишку.

Князь не заметил, куда, поднявшись, исчезли волки. Он смотрел невидящими глазами, как из-за деревьев поднимается солнце, заливая всё вокруг светом нового дня.

Первого дня первого лета нового мира.