Амлет, сын Улава

Я обонял неизвестный, но знакомый, запах, в воздухе летали шерстинки: не только рыжие, как у меня, а черные и белые вперемешку, да еще я пару раз задел своим хвостом чей-то чужой, столь же напружиненный.

- Остыли резко! - закричал от подавальни огромного роста и сложения муж, рыжий (по поводу каковой масти я сразу же почувствовал к нему симпатию) и краснолицый. - Двое на ногах, оба из одной партии, стало быть, есть победители!

Я посмотрел себе под ноги: Бьярни Форинссон так и не встал на ноги, более того, он, кажется, успел и умудрился уснуть.

Верно, рыжий здоровяк — под вторым из моей и нашей партии — имел в виду того пслоглавца, которого я пока только ощущал, но еще не видел.

Тут же подумал: драка закончена, доблестные драчуны, кряхтя и иногда постанывая, помогают друг другу подняться, кто-то уже понес по местам скамьи и столы... Пора обернуться к нечаянному союзнику и проявить вежество: познакомиться.

Я так и сделал, и стоявший ко мне спиной поступил в тот же удар сердца и точно так же.

Союзник мой оказался во всем меня мельче: на голову ниже ростом, тоньше в кости и мордой, и даже с первого взгляда куда как менее силен.

Еще у него... У нее... оказались волшебные карие глаза, прикрытые сейчас пушистыми ресницами, очаровательные белые круги на угольно-черной морде, и такой же сказочно-белый, похожий на цветок, след на лбу.

Она оскалилась дружелюбно, подмигнула мне левым глазом, и протянула правую руку.

- Рокид, дочь Ульфринна.

Уже ночью, глядя уже почти без страсти, но с нежностью, на разметавшуюся на простынях спящую Рё, я думал.

Думал, что, наверное, должно было быть как-то иначе. Отец, конечно, рассказывал мне под большим секретом, что первой познал не мою мать, а совсем другую женщину: та была старше его годами, во всем опытнее, и, что главное, не потребовала немедленно свадебной клятвы. Все оказалось хорошо, и никто не стал портить расставания слезами или обещаниями, горячими и неуместными.

Думал, как Ульфринсдоттир проснется и что мне после этого скажет.

О том, есть ли у нее муж или мужчина, не считая меня. О возрасте, который глупому мне казался тогда преградой непреодолимой: шутка ли, союзница в драке, а потом и в иной битве, оказалась старше меня на целых семь лет!

Еще я вдруг понял, что с самого окончания драки не слышал, не видел и не ощущал вовсе прозванного при жизни Строителем, и что это странно: до того мне казалось, что уж такого-то случая присмотреться и посмеяться мой дух-хранитель нипочем не упустит...