Княгинины ловы

Молодой князь сначала полюбовницу завел, а затем и вовсе жену к отцу отослал, взял из соседнего княжества себе новую подружью. Родители хотели снова выдать дочь замуж, и женихи находились, да она не захотела, и вскоре приняла постриг. Анну же отдали в не полных шестнадцать лет за семнадцатилетнего Андрея, сына князя Святослава Чернореченского, и прожили супруги в счастливом браке сорок восемь годков. Вспоминая сестру, давно уже преставившуюся[15] в своей обители, старая княгиня была против детских браков, но перечить мужу не могла.

Всплыл в памяти и разговор с маленькой невесткой, случившийся после церковного обряда…

– Я сейчас тебе что-то важное должна сказать. Ты уже взрослая, венчанная теперь, – княгиня осторожно подбирала слова, – должна понять.

Перед свекровью стояла уже покрытая убрусом мужатой бабы Елена. Она испуганно вскинула на княгиню глаза. Встревоженный тон Анны заставил и ее волноваться.

– Тебе надо будет уехать, – быстро заговорила княгиня, как бы сама себя перебивая, – понимаешь, ты еще девочка, мала для мужа своего.

Княгиня стала опять подбирать подходящие слова, но не нашла, что сказать.

Девочка смущённо кивала.

– Если вырастешь у супружника на глазах, будет видеть он тебя каждый день, для него ты станешь младшей сестрой, племянницей, а настоящей подружьей можешь и не стать. Не захочет он тебя…

В голове мелькнуло: «Что же это я малому ребенку говорю, срам-то какой?!»

– Я все понимаю, – серьезно сказала Елена.

– Вот и хорошо, – успокоилась свекровь. – Поживешь пока при монастыре у инокини Марфы, она о тебе позаботится.

Из темного угла горницы выступила маленькая старушечка в серых монашеских одеяниях. Девочка попятилась.

– Не бойся, – ласково запела Марфа, – не обидим, дитятко. У нас, знаешь, как хорошо. Большой сад, а там яблочки сладкие, наливные, хочешь – с ветки рви, а хочешь – из-под ног собирай. Ты яблоки любишь?

– Люблю, – пролепетала маленькая княжна.

– А рядом в деревеньке девочек много, подругами твоими будут, играть вместе станете да по ягоды ходить.

– У меня холопьи свои есть.

– Хорошо, их возьмешь. А в келье у меня птички чудные живут, захожий паломник подарил, желтенькие такие, и поют, как в райском саду.

Девочка повеселела, но все же с опаской спросила:

– А одеваться мне тоже в серое надо будет? – своя взрослая одежда Елене очень нравилась.

– Нет, дитятко, ты же не инокиня, а мужняя жена, в своей ходить будешь. А как подрастешь да девой станешь, так супружник за тобой и приедет.