Путь домой. Год надежды.

Когда-нибудь мы все вместе посмеемся над этим случаем... А сейчас, мы хотя бы знаем, что… что она не одна… Ладно, друзья, давайте вспомним и об ужине… Анри, правда, успокойся! – и Жан протянул другу этот кошель.

— Он твой! — тут же запротестовал Анри.

— Нет. Она дала его тебе, именно тебе, сыну её любимого брата. Значит, он твой, - веско возразил Жан, — Это справедливо, верно, Марианна?

Девушка согласно кивнула, и Анри покорился. А Жан тем временем не удержался, ещё раз посмотрел на герб над камином, и поймал себя на очень занятной мысли, словно рядом и правда стоял какой-то седовласый старец и придирчиво наблюдал, достаточное ли почтение непутевые потомки выказывают памяти предков.

Поймав себя на этой забавной фантазии, Жан улыбнулся. Его приветливый взгляд скользнул по лицам друзей и новых знакомых и невольно зацепился за Эмилию, словно обжёгся об неё. Златовласая красавица так внимательно, пытливо, совершенно беззастенчиво рассматривала его, что оставить это без внимания не было никакой возможности.

— Сударыня, Эмилия, думаю, пришло время нам познакомиться должным образом, - и Жан чуть поклонился, - Как бы вы предпочли? Возможно, это сделает Жан-Пьер Варрен? Подозреваю, ему вы представились…

Губ Эмилии коснулась загадочная улыбка, взгляд стал острее, ответила она не сразу:

— Позволю себе допустить мысль, что сегодня я смогла сделать что-то полезное для вас. А если так, могу ли я, в качестве благодарности, просить у вас позволения сохранить инкогнито?

Никто из присутствующих не ожидал такого, пусть и вежливого, но отказа.

— Сдаётся мне, вы уже представились Жан-Пьеру Варрену. А теперь отказываетесь назвать своё имя его господину. Вы правда считаете это допустимым? – испайронка гордо вскинула голову и даже чуть выступила вперёд, - Ваши действия и правда позволили нам увидеть в вас друга.

Надо сказать, что такой жёсткий напор ничуть не смутил Эмилию, скорее наоборот, ей понравилась решительность испайронки, и в её взгляде появилось даже намешанное на удивлении уважение. Жан и Анри, несколько обескураженные такой прямотой Марианны, всё же были далеки от мысли остановить её. В конце концов, им тоже не терпелось узнать полное имя этой Эмилии.