Болотная ведьма

Сразу несколько желающих открыли рты задать вопрос, но озвучил его только Грайс:

– Что значит «адвены»?

– Ничего, не обращайте внимания.

– И все же? – настоял Джереон. – Мы уже слышали это раньше.

– Это значит «чужаки». Он еще ребенок, говорит, не подумав. А где вы слышали слово раньше?

– Какой-то старик нам сказал.

– А, – понимающе кивнула девушка. – На въезде, да? У косых ворот.

– Да.

– Это господин Се̒ниа. Он уже очень пожилой человек, старожил. У него и с памятью плохо, и… – Криспе сделала паузу, подбирая формулировку помягче.

– Со временем все сложнее понимать, о чем он говорит. Когда я сюда приехала пару лет назад, он уже отмечал девятый десяток. В общем, не обращайте на его слова внимания. Народ у нас очень приветливый, если не брать в расчет подобные казусы.

– А, так вы сами здесь недавно? Откуда приехали?

Девушка поняла, что совершила ошибку, и теперь осторожно подбирала слова, отсекая новые нежелательные вопросы:

– Да… Здесь у меня жила бабушка, но она умерла.

Раньше я жила с родителями в Эстеронии.

– И почему решили уехать от них?

Криспе выглядела растерянной и была в отчаянии от того, в какой капкан сама себя загнала. Ее засыпа̒ли вопросами, которые били в самое сердце – в каждую из ее коллекции ран по очереди. Ей было бы легко выкрутиться из этого неудобного разговора в любой другой раз, но не в этот.

Вэндель понял, что беседа свернула в неправильное русло, и решил это исправить:

– Это очень интересно, Джери, но мы сюда приехали не светские беседы вести.

Криспе, где у вас в городе можно остановиться?

– Здесь же. На втором и третьем этаже сдаю комнаты. Правда, свободных мест всего четыре.

– А другие гостиницы есть?

– Нет. Но у Делисии есть гостевая комната. Кто-то из вас может у нее остаться, солидного заказчика она не прогонит.

Криспе рассказала Джереону, как добраться к дому портнихи, и он отправился на коновязь за своей лошадью. Остальные пошли смотреть комнаты на третий этаж.

***

Легким шагом приподнимая дорожную пыль, рысиха доставила Джереона до провинциального квартала, где жила семья При̒лиа.

– Врагиня! Змея! – громко ругалась мать на оробевшую девчонку.

Джереон остановился поодаль и не смел привлекать внимание разъяренной женщины.

– Ты зачем это сделала, я тебя спрашиваю?!

Девушка упорно молчала, то глядя исподлобья и стараясь выдержать натиск, то, придавленная, опускала взгляд.