Сказание о пустыне

Кади обещал приют детям и жене аттабея. Госпожу увезли к аль-Хатуму…

Вскрик сорвался с губ женщины, она прижала ладонь ко рту и взглянула на него огромными глазами, в которых снова плескался ужас. Но теперь за ним стояло знание.

– Потом ты расскажешь мне все, что знаешь о нем, – сын пустыни указал глазами на детей, что ловили каждое их слово. – А пока отдыхайте и набирайтесь сил. Вечером я постараюсь добыть мулов и припасов в дорогу.

– Но где?.. – тихо спросила служанка, приходя в себя. Для той, что всю жизнь провела в хорошем доме и никогда не знала тревог и нужды, оправилась она быстро.

– Разберусь…

Саид не стал говорить, что к вечеру в городе появится очень много бесхозных вещей. И достанутся они тому, кто лучше владеет саблей, или тому, кому повезет. В удачу он верил мало, но сейчас у него на руках оказалось пятеро детей и женщина. Их нужно защитить. Накормить. Напоить. А значит, нет права на ошибку. Или милосердие к другим.

Кочевник подвинул сундук с лекарствами, привлекая к нему внимание.

– Знаешь, как ими пользоваться?

Меж тонких бровей пролегла складка.

– Это остановит кровь, а это ускорит заживление, – она останавливалась на некоторых и говорила, а он старался запомнить. Лишним не будет. Неизвестно, что случится в дороге. – Это снимет жар. А это…

Служанка накрыла ладонью кожаный кошель и запнулась, закусила губу, явно не зная, стоит ли говорить.

– Мне лучше знать, что там, – спокойно произнес Саид, готовый уже ко всему.

– Яды. Разные. Для некоторых есть противоядия. Но не для всех… Госпожа лучше в них разбиралась. После того, как господина ранили, она… Она собирала яды. Разные. Не чтобы отравить… Она никогда никому не желала зла. Просто… Когда знаешь яд, можно спасти.

Женщина говорила так, будто госпожа ее уже умерла, и одно только это сказало кочевнику больше, чем все сплетни, слышанные об аль-Хатуме.

– Значит, оставим только те, от которых есть противоядия, – решил сын пустыни. – Остальные нужно выбросить. Здесь, в саду. Лишние случайные неприятности нам ни к чему.

Она кивнула и стала медленно доставать маленькие, с детский палец размером, склянки.

– Аттабей, – неожиданно произнесла женщина. – Он будет искать детей. Не лучше ли остаться в городе?

Саид усмехнулся ее упрямству, заметил краем глаза, как замерли дети, сжимая каждый по кинжалу.