"Девочка в реакторе"

Я хочу, чтобы люди знали, если им придется столкнуться с этим в будущем, как советский народ боролся со стихией, которая вырвалась из-под контроля человека…

– Бросьте свои объяснения, я все отлично понимаю, – фотограф пожалел сильно побледневшую девушку в белом халате. – Я как смогла, так и подготовила его для ваших съемок. – Она проводила Игоря в нужную палату, где, кроме пожарных, находились парочка медицинских работников. – Валяйте, снимайте, только знайте: я готова на все, чтобы мой Васенька как можно скорее вылечился от этой напасти.

Я и дня без него не проживу…

– Я покажусь назойливым, но, если вам это облегчит душу, вы бы не могли мне все рассказать? Я вижу, как вам плохо. Если хотите, мы выйдет на свежий воздух, чтобы никто не увидел ваших слез…

– Мне запрещено плакать, иначе меня больше к нему не пустят.

– Это очень тяжело…

– Оставьте свою жалость при себе. Вы пришли сделать фотографии? Так делайте.

– Ну а вы хотя бы понимаете, в каком они состоянии? Как они будут жить дальше? Или вы надеетесь на лучшее, якобы ничего страшного не произошло, а болезнь эта пройдет сама по себе?

– Вы только что озвучили мои мысли.

Я вот сейчас вспомнила одну санитарку, пожилую, она работает на том же этаже, где и мой Вася. Она постоянно твердит: “Есть болезни, которые не излечиваются. Надо сидеть и гладить руки”. Но у нас же медицина прогрессирует, великая советская медицина!.. – девушка покачала головой. – Или это только лозунги? Я уже не знаю, чему верить. Меня утруждает эта новая реальность. Но я не хочу, чтобы эта реальность забрала моего Васеньку.

Игорь вернулся в московскую квартиру поздним вечером. С больницы ему удалось принести достаточное количество снимков, и теперь их необходимо проявить. Перед этим он столкнулся с маленькой девочкой в коридоре, которая будто дожидалась его, стоя у окна.

– Что ты здесь делаешь?

Она пожала плечами.

– У тебя здесь родные?

Девчушка опустила взгляд.

– Радиации не боишься? – Игорь, не получив ответа, покачал головой.

– Ладно, пошли, провожу тебя до дома.

Малышка потупилась и, захлопав густыми ресницами, потопала рядом с рослым дядей, спрятав откровенную издевку под маской напуганного ребенка, которому очень хочется домой.

В Москве прошел дождь. На улицах пахло свежей травой и мокрым асфальтом. Дороги утопали в грязных ручейках, а вместе с ними и колеса проезжающих мимо машин, и пешеходы в летней обуви. Подул прохладный ветер, задирая юбку шедшей рядом девочки.