"Девочка в реакторе"

И еще: мы бы с моим приятелем, Николаем Юрьевичем, хотели бы провести эвакуацию пригородных поселений…

– Если честно, вы меня озадачили, Дмитрий Константинович. – Щербина откинулся на спинку стула, бросив шариковую ручку на стол. Его взгляд уперся в лежащие перед глазами бумаги. – Я договорюсь, чтобы вам в кратчайшие сроки доставили дозиметры, – произнес чиновник после длительной паузы. –

– А насчет эвакуации, то начинайте сегодня же. Мы подгоним вам транспорт, людей, а вы займетесь сельскохозяйственным предприятием.

– И еще один вопрос: я заезжал сегодня на станцию и видел там одного типа в черном костюме. На нем не было средств специальной защиты. Высокий такой, стройный, вы ничего о нем не знаете?

– О чем вы, Дмитрий Константинович? Черный человек в костюме и без защиты?.. – брови высокопоставленного начальника поползли на лоб от удивления.

– Да, именно так, Борис Евдокимович! Вы вообще следите за происходящим на станции?

– Я поставлю другую охрану, Дмитрий Константинович.

– Ну, что? – на выходе из общежития Дмитрия встретил Николай, стоящий напротив правительственной машины, за рулем которой сидел совсем еще молодой мужчина. – Что Щербина сказал?

– Доставят нам и дозиметры, и транспорт, чтобы вывезти оставшихся людей.

– А насчет того типа?

– Поставит другую охрану. А толку? Все заняты тушением пожара, им сейчас не до нас.

Поеду-ка я в гостиницу, если ты не против, отдохну пару часиков, а потом вернемся к делам насущным.

– Я тебе сообщу, когда все будет готово.

– До гостиницы, – Дмитрий, усевшись в черный автомобиль, пристегнул ремень и уставился перед собой.

Водитель, не сказав ни слова, завел двигатель, и, крутанув руль в сторону, сдвинулся с места, оставляя после себя облака пыли.

Дмитрий, откинувшись на сидении, расслабленно прикрыл веки, желая как можно быстрее заснуть, но вскоре почувствовал неладное: покрутив головой, он, к своему ужасу, заметил водителя без сознания, и, попытавшись нащупать пульс, пришел к неутешительному выводу – молодой мужчина скончался.

Диме с большим трудом удалось остановить машину, и, судорожно вцепившись в ручку, он дрожащими руками распахнул дверцу. Шоссе пустовало, ни одного автомобиля, только нескончаемая жара и пыль. Волнение невидимой рукой перехватило дыхание. Непреодолимое желание бежать полностью захватило разум, поглотив собою рой тяжелых мыслей.