Вязь времен-2. Стань моей тенью

Ничего особенного не было в чертах русоволосой женщины, смотрящей как бы чуть обиженно, и в глазах ребятишек, больших и настороженных, словно у зверьков. У этого мужчины должна была быть другая жена…и другие дети. Они не могли…

-Моя жена, - подтвердил Дэнни, - Я знаю, что ты думаешь, госпожа. Я и сам иногда думаю, что это не моя семья. Однако…моя.

-И?.. – надеюсь, в этом междометии было не слишком много любопытства.

Он интересовал меня. Будь я проклята, он интересовал меня сейчас больше, чем все тайны, что постоянно лезли мне на глаза.

-Она была образцом христианской супруги, - с усмешкой констатировал он, - Всеми добродетелями обладала в избытке. Не умела читать и писать, никогда не танцевала, не играла музыку, и ежедневное мытье считала бесовским наваждением.

Единственное, что могло привести ее в умиление, это визиты бродячих монахов в пыльных рясах, с их лживыми историями о торжестве Христовой веры. Будь я жестоким человеком – силой сломил бы ее сопротивление, будь я ничтожеством – перенял бы ее тусклый взгляд на мир.

«Но ты ни то и ни другое, а потому просто оставил ее в покое, сделав положенное количество детей», – внутренне улыбаясь, подумала я.

Чего глупее было встревать в его рассказ, но я почему-то не смогла промолчать:

-Однако детей она приносила тебе исправно?..

Он даже прикрыл глаза, чтобы сосредоточиться, и рассказать все как можно точнее.

-Да…Детей. Но знала бы ты, госпожа, чего мне стоило зачатие! – нервный смешок сопровождал его речи, и я не успела смутиться интимностью темы, - пусть боги покарают меня, никогда не видывал я женщины, что питала бы такое отвращение к мужчине.

Еле сдержавшись, чтобы не издать такой же нервный смешок, я коротко кивнула. Честно говоря, я не очень понимала его супругу. Хотя плотские утехи и считались постыдными, но я решительно не могла взять в толк, как можно пренебречь таким мужчиной, имея на него законные права.

Поймав мой полный недоумения взгляд, он грустно кивнул мне и продолжил рассказ.

-Лучше бы мне вовсе не иметь жены, только бы не сражаться каждую ночь со своей, будто с девственницей. Я словно всякий раз вновь похищал ее невинность, а она лишь плакала да молила Господа о помощи. Напрасный труд – христианский бог не помощник в таких делах. Но как бы ни шла моя семейная жизнь, - тут он снова нервно хохотнул, - жена все-таки родила мне наследника и еще двоих девчонок.