Месть и прощение

С неприязнью подумала: «Стоят, ждут зрелища. Как же! Ведьма из проклятого мира сжигает по языческому обычаю тело их правителя на костре. И это в просвещенном Нарките! Молчат. Даже возразить не посмели, когда я озвучила, как пройдут похороны. Хоть бы все обошлось», — взмолилась она, вглядываясь с надеждой в пылающий костер.

Неожиданно натужно завыл ветер, срывая пламя и бросая его на траву. Огненные ручейки, растекаясь, стремительно побежали к людям. Полина ждала чего-то подобного.

— Теселген шелан! — крикнула она, призывая стихию.

Земля разверзлась, опоясывая костер широким провалом. Вода стремительно заполнила ров, отрезая огонь от людей.

Жуткий визг отбросил всех назад. Среди языков взметнувшегося пламени начала подниматься опутанная багровыми полосами фигура.

— Шуби! — воскликнул посол эльфов и стал читать заклинание щита на своем языке.

Его крик услышали все. Верховные маги начали торопливо возводить вокруг чудовища клетку из подвластных им стихий. Но плетения истончались и исчезали, и только багровые полосы засохшей крови Алекса до сих пор опутывали монстра, мешая раскрыться его крыльям.

— На отце был тердеитовый ошейник, он блокировал потоки магии и не давал чудовищу вырваться из тела. Почему существо ожило? — воскликнула Полина, с ужасом наблюдая, как исчезают багровые полосы.

— Тердеит — мягкий металл, он плавится от огня, как олово, — пояснил посол Фагрина.

— Он сейчас вырвется! — глядя безумными глазами на неудачу магов, крикнула Полина, выдергивая из-за пояса кинжал.

— Ты что придумала! — отобрав и откинув подальше клинок, прошипел Андерс, с силой встряхнув ее несколько раз.

— Больше ничто не поможет, а магией крови владею только я, — обреченно ответила она.

Взметнув яркий фонтан искр, бревна с треском обрушились внутрь, в последний миг монстр вырвался из огненного плена и, взмахнув крыльями, исчез в серых клубах дыма, закрывшего синеву неба. Вдали громыхнул гром. Северный ветер нагнал тяжелые тучи, закрывая солнце. Неожиданно стало холодно и сумрачно.

Когда закутанная в черный капюшон фигура взошла на погребальный костер, над толпой пронесся тихий стон ужаса. Простертая над багряно рдеющими углями рука сжала подплывший к ней светящийся голубым светом небольшой шар, и фигура исчезла.

— Алекса больше нет! — крепко прижимая к себе Полину, промолвил Андерс.

— Его жертва оказалась напрасной. А Смерть взяла то, что обещал ей отец в Эль-Наине.

— Нет, не напрасной. Своей гибелью он дал тебе время спасти нашу дочь.