Потерян в море

Фрегат благоговел перед ними, ощущая безмерную благодарность, когда подкрадывался к берегу в особенно темные ночи или же когда боролся со стихией близ скал.

Послышался стук оружия о палубу, негромкая ругань и презрительные шутки пиратов. Одни из них споро связывали чужую команду, другие с осторожностью обшаривали «Мотылька», а третьи уже обдирали все, что плохо лежало и могло быть продано в Гар-Нуэра. Отверженный тяжело вздохнул, напоминая маленького ребенка, топтавшегося перед лавкой с печеными яблоками в ожидании, когда же мать, наконец, соизволит обратить на него внимание.

— Кто ваш капитан? — Грахго лениво расхаживал по чужой палубе, со скукой разглядывая холеную команду «Мотылька».

— Я. Мое имя Морган Роуз.

Крепкого вида мужчина с достоинством кивнул головой, без страха встречая взгляд пиратского капитана. Его имя показалось Фанатику знакомым. Оно всколыхнуло старые воспоминания, оставшиеся в другой жизни, когда Грахго еще бегал в белоснежной рубашке с узорными манжетами по саду родового поместья.

— Что везете?

— Ткань.

— Капитан! — из трюма, волоча за собой извивающийся куль, показался чернокожий Джодок. При его появлении капитан «Мотылька» побледнел.

Вскоре перед всеми предстала растрепанная девушка, чьи большие синие глаза смотрели на окруживших ее пиратов с отчаянной решимостью.

— Ткань говорите? — Фанатик облизнул губы, с садистским наслаждением наблюдая, как капитан Роуз незаметно, но судорожно, сжимает кулаки. «Ткань» звали Исбель, и когда-то она совершенно очаровательно сопела в люльке, пока ее матушка просила Грахго присмотреть за малюткой.

И пока Фанатик наслаждался смятением Моргана, пираты наслаждались видом миловидной девушки. Они обступили ее со всех сторон, отвешивая пошлые шутки и издевательски касаясь то платья, то шелковых волос, пока еще не переступая невидимую линию недозволенного. В их сердцах растекалось вожделение, затуманивая разум и рисуя в воображении желанные картины недалекого будущего, от которого любой служитель церкви покраснел бы до кончиков ушей.

— Прошу… Не трогайте ее, — капитан Роуз, не то с надеждой, не то с болью, Отверженному было сложно разобрать, вглядывался в лицо Фанатика.

— И почему мы не должны этого делать?

— Капитан… — Морган запнулся, не зная, как обратиться к пирату, о котором он, наверняка, слышал лишь прозвище.

— Грахго де Мора, — Фанатик редко называл свое имя, но сейчас он произносил его с особым удовольствием.

При упоминании полного имени, Роуз побледнел еще сильнее.