Каледонский Безумец

Среди деметов уже давно нельзя было отделить людскую кровь от крови Фир Болг, и Пвилл почитался ими как покровитель всего племени.

Он был из тех могучих вождей Фир Болг, которые в незапамятные времена заслужили доблестью своей и заботой своей стать богами своих родов. И власть их, и покровительство все соплеменники принимали беспрекословно.

Пвилл всецело опекал свой народ, на праздники являлся смертным и разрешал их споры. Не злился, когда почитание неримских богов оказалось под запретом, и посвящённые ему алтари деметы маскировали под Марсовы, Фавновы или Янусовы.

Разве что незадачливых митраистов Пвилл гнал с присвистом из своей священной рощи. Вспыльчив был, но быстро отходчив.

И обожал охоту.

Араун знал его излюбленные места в Аннуине, где Пвилл постоянно выслеживал и гнал оленей. Это были знаменитые Серебряные леса. Теперь оставалось подстроить встречу, а заодно и обстоятельства, после которых Пвилл… будет ему должен.

И вот, когда бог деметов снова пустился за оленем, сотрясая резвой, но тяжёлой поступью своей все Серебряные леса окрест, Араун уже был неподалёку.

Взмахом руки он послал своих красноухих гончих за добычей. Конечно же, Пвилл, увидав, как чьи-то чужие псы не без удовольствия дерут заветную белоснежную тушу, тут же принялся их отгонять.

– Эй! А ну пошли прочь! Это моя дичь! Ишь, рычат! Прочь отсюда, я сказал! И где только ваш хозяин бродит!..

Конечно, Пвилл знал, чья это свора. Правда, он полагал, что гончие Аннуина отвлеклись от выслеживания заблудших душ, а сам Араун, как обычно, чем-то занят и пребывает где-то далеко.

Наблюдая, как Пвилл попался в расставленные силки, Мрачный решил, что настал черёд его явлению.

– Ну всё, смуглый, ты попал, – Араун, не сбавляя шага, направился прямо от своего укрытия к крякнувшему от неожиданности Пвиллу и навис над ним, коренастым, всей своей рослой фигурой.

– Э-э, почему же я попал?! – бог деметов решил просто так не сдаваться.

– Не «почему», а «куда», – поправил его Мрачный. – В историю ты попал, в историю. Ты зачем же моих псов обидел? Что они тебе такого сделали, раз ты их добычи лишил?

– Это моя добыча! – возразил Пвилл.

– Чем докажешь?

– Я её преследовал.

– Свидетели есть?

– Э-э, – на всякий случай огляделся Пвилл, но никого не нашёл. Даже Маленький народец, который порой так и норовил подставить подножку какому-нибудь охотнику, и тот разлетелся-попрятался: ни одной шаловливой мордочки, ни одного крылышка из-за травинки не видать.

– Ну вот, тогда ты мне должен.