Каледонский Безумец

Моя плоть создана и кровь

Из девяти элементов,

Из девяти даров,

Вечным исторгнутых светом,

Из сока сладких плодов

Примулы горной лучистой,

Из почек дерев и кустов,

Ракиты пьянящей, душистой,

Из соли, рудой скреплённой,

Из дикого сладкого мёда.

Из бушующих волн солёных,

Из крапивы жгучей породы

Меня сотворил Гвидион,

Жезлом коснувшись волшебным.

Сотни тайн раскрывал мне он

До того, как я стал бессмертным.

Из дуба, каштана гнедого,

Из сил девяти цветов

Я мощи скопил в себе много,

И мир познавать был готов.

И Мэт колдовал меня тоже,

Лепя первозданный свет.

Не столь я велик, быть может,

Но во все времена воспет.

Огненный бард, как велит мне

Обычай, что очень суров,

Жизни своей картины

Тебе пропеть я готов.

Длинны и белы мои руки,

Как моря девятый вал,

Я сферы сакральной науки

Столетьями познавал.

Во мне безначальной отвагой

Блуждало сознанье эфира.

Я создан был магом из магов

В эпоху творения мира.

Немногие знают ответы

О тайнах магических звёзд,

Про жезл чудодейственный Мэта,

Что в роще священной рос.

Возрождались и гибли светила,

Другие светила губя.

Как же много миров уже было,

Из Аннвна явивших себя!

На рассвете весёлым звоном

Наполнен был Хлоугхор,

Со мною стоял в обороне

Отважный Дилан Айл Мор.

Я, укрытый моллюска пурпуром,

В глубинах морских засыпал,

Я жил во дворцах лазурных,

С драгонами в ночь пировал.

Я помню два острых копья,

Сошедших на землю с неба,

Желавших повергнуть меня,

Лишить долгожданной победы.

Хоть восемь десятков раз

Был ранен жестоко в сраженье,

Не пробил тогда мой час,

И я избежал пораженья.

Я в вепря не раз превращался,

На вепря охотился сам.

Исчезнув, всегда появлялся,

Охоту трубя по лесам.

И гибель народов целых

Сменялась рожденьем из праха,

И все восхваляют смелость

Мою и мою отвагу.

В горах я ползал змеёй

И рыбою в озере плыл,

Светил я лучистой звездой,

Но злою звездой я был.

Сутана моя всех сутан

Красней. Чародейскою чашей

Я мог насылать туман,

Неделю страну скрывавший.