Король русалочьего моря

Но это, видимо, вполне в духе людей чести, сеньор?

Де Лара попробовал ответить, но тут уже его сопровождающие перестали окончательно ждать своей очереди высказаться, с готовностью перекрикивая друг друга.

— Их было двое! — поспешил уточнить Мигель. Вот уж кто бы молчал, подумал Ксандер, усмехнувшись в ответ на ухмылку Адриано. Им-то двоим вступать в перепалку было бессмысленно: стоило скорее поберечь силы, а орать как на базаре — толку-то.

— … прочим, мы предложили ему выбирать…

— … думал, оскорбление так просто!.

— … и можно было один на один…

— … прекратите вы, давайте по очереди!

— … неизвестно, честно ли это было!

— Молчать!

Это последнее вышло так эффективно и мощно, что Ксандер даже поймал себя на уколе уважения. Что Белла умеет орать, он знал — но что она сумеет, не очень-то подняв голос, рявкнуть так, чтобы таки замолчали — это было для него в новинку.

— А вы, сеньор, — уже почти сквозь зубы добавила она в образовавшуюся тишину, — не знаю, как вас там, извольте повторить то, что сказали.

Кряжистый ибериец — тоже старшекурсник — шагнул из-за спины де Лары и чуть подбоченился. Де Лара было дернулся, видимо, представить, но тот отмахнулся — впрочем, тут он был прав, смысла в дальнейших реверансах явно не было.

— Я сказал, сеньора, что очень сомневаюсь, что этот… поединок был честным. Потому что грязный фламандец, даже найдя подельника, честно выиграть у пятерых идальго не может.

Только что оравшая толпа, казалось, затаила дыхание. Только у Алехандры вырвалось полузадушенное «охо!».

— Это все? — выдохнула Белла так, что Ксандер глянул на Адриано: если она сейчас загорится, а судя по движению воздуха у рук, это уже началось, ему понадобится вода, а венецианец стоял к омуту на пару шагов ближе. Адриано только руками развел: не в подоле же рубашки воду нести?

— Не все, — тем временем с нарочитой ленцой отозвался неожиданный визави Беллы. — Еще я думаю, сеньора, что несмотря на все позы, вы слишком слабы, чтобы справиться со своим вассалом. Потому и делаете вид, что…

— Слаба, — прервала его Белла почти ласково и подняла руку.

На руке вспыхнул огонь. Медленными язычками он облизнул кожу — и Ксандер осознал, что еще немного, и раз уж воду к Белле не доставить, придется кидать саму Беллу в воду, не иначе. Он шагнул ближе, но она дернулась от него, пытаясь оттолкнуть и ставя его в немалую дилемму: не хватало выставлять ее на посмешище, оттаскивая к воде, но что будет, если он позволит ей вот так гореть, он тоже и думать не хотел.