Солдаты Сумерек

А Феоктистов внимательно изучал рисунок, думая совсем о другом:

— Галлия, Фракия, море, Пиренейские горы… О! Сэр Уильям, а за Пиренейскими горами что располагается?

— Другие фемы. Я слышал про королевства Кастилия, Арагон, Каталония...

— А про Испанию ничего не слышал?

Крестоносец подумал и уверенно ответил отрицательно.

— Тебя что-то смущает? — наконец поинтересовался сэр Николай.

— Да названия эти! — по-русски ответил Володька. — Многие очень уж с нашим миром схожи. Такое ощущение, что мы живём где-то на землях древней Франции.

— Ну и что с того? — искренне не понял Зубров.

— Вообще-то для серьёзных решений информации пока маловато. Нужно будет эту карту как-то дополнить. Вот тогда и практические выводы будем делать.

Сэр Кальвадосский Гром лишь неопределённо пожал плечами.

Очень кстати, наконец, подошёл плотник с квадратной рамой. На неё плотно, как кожа барабана, был натянут выбранный кусок холста. Тут сэр Кальвадосский Волк ещё раз изумил королевского оруженосца. Он достал из кармана серебряный наконечник стрелы (один из тех, что застрял в его тораксе — «подарок» лучников «Гнева Господня»), и начал рисовать на ткани.

Наконечник выводил тонкую чёрную линию. Единственный её недостаток заключался в том, что серебряный след уже не стирался. Но при некотором навыке этим можно было пренебречь. Володька тщательно перерисовал «песчаную карту». Правда, теперь изображение заняло лишь середину имеющейся ткани. Остальное место было благоразумно оставлено под будущие картографические изыскания.

* * *

Сэр Уильям поделился с баронами Шансона опасениями за судьбы галльских феодов. К некоторому удивлению, друзья выслушали новость совершено спокойно. Правда, надолго задумались, а затем уединились в центре ристалища, где никто не мог услышать их разговор. Конечно, идея столкнуться с «карателями» принца озадачила. Но и только. Ведь чтобы выжить, Феоктистов и Зубров давно научились держать удар. А в идеале — вообще бить первыми. Насмерть. Однако... Тут придёт хорошо обученное войско, с лучниками, конницей и осадными машинами.

Это что-то совершенно новое. Даже Кангардское побоище меркло перед масштабами такой схватки. Для неё требовался стальной кулак всех доступных сил.

Как всегда, приняв решение, Кальвадосские рыцари не стали мешкать. Первым делом в присутствии галльской дружины принесли сэру Уильяму, как законному представителю Аржантана, публичную клятву безоговорочной военной поддержки в случае любых осложнений.