Полнолуние

– Я долго прятала его ото всех, старалась убедить не делать глупостей, но с твоим появлением всё полетело вверх тормашками и теперь его убьют. Моего сына убьют из-за тебя. 

 - Но Выродки не казнят своих, - растерянно произнесла девушка, не ожидая такого выпада. Габриель спас ей жизнь, она благодарна ему. Но винить её в этом?

 - Он им не свой и потом, кто сказал, что они его казнят? Они лишат его крыльев и этим убьют!

 - Но в посёлке нет никого с крыльями, кроме Габриеля и никто не умер.

 - Да, большинство Выродков перенесло усечение, и я как могла, облегчала боль – но это Выродки.

Мой сын не такой как они! Он связан с чёртовыми крыльями как с лёгкими, печенью, почками и удалить их, значит вырвать ему сердце.

 - Откуда ты это знаешь? – недоверчиво спросила девочка. Сердце матери болело за сына, и вероятно от этого она сгущала краски.

 - Потому что кроме него у меня был ещё один ребёнок. Проклятие пришло не сразу, первые семь лет он рос обычным ребёнком. Его брату не повезло – крылья появились сразу и Йенс своею рукою отрезал их и мальчик умер, просто истёк кровью.

 - Но почему Эсквайр вечно вмешивается в ваши дела, - проворчала Сандра, сбитая с толку. Оазис неохотно приоткрывал ей свои мрачные тайны, причём, без её на то согласия.

 - Потому что Йенс был его отцом. Обезумев от горя, я схватила Габриеля и унесла в горы, надеясь уберечь от уготованной судьбы. Но от судьбы не сбежать. На седьмой год крылья прорезались из его тела и росли вместе с моим мальчиком.

Он не умеет летать как его отец, но отчего-то гордится этим даром, который на самом деле проклятие.

 - От меня-то Вам что нужно? – спросила девочка и Эмилия ответила просто, словно речь шла о пустяковом одолжении:

 - Ты должна убить Габриеля.

 - Я? Но почему я?

 - Меня к нему не подпустят, а ты просто добавишь в пищу яд, который я приготовила. Он уснёт и не проснётся, это будет лучше чем то, что уготовил ему Йенс.

 - Он не причинит сыну вреда, - убеждённо перебила её девочка, но знахарка возразила: - Габриель не его сын.

Он убьёт его не-потому, что так жесток, просто считает, что делает это для его блага: не будет крыльев, не будет проблем.

 - Но Вы же можете ему всё объяснить, как только что мне…

 - Не пытайся ничего изменить, - перебила женщина, вдруг схватив её прохладными ладонями за щёки и требовательно заглядывая в глаза. – Будет только хуже. Чтобы не сделали я, ты, Йенс Габриель всё равно умрёт.