Полнолуние

Подложенная под берестяную дранку крыши солома уже пылала вовсю, сыплясь на балки перекрытия чердака и сквозь дыры им на головы. Ухватившись за угол обитого железом сундука, Сандра с Бернардом тянули его на себя, ведунья помогала им, как могла и с трудом они сдвинули заполненный всякой всячиной ящик с места, открыв под ним узкий лаз.

    Девчонка ползла первой, старуха, кряхтя следом. Видя, что обе скрылись внутри, Бернард хотел последовать за ними, когда рыжебородый охотник за головами, неожиданно пришёл в себя.

 – Куда это вы собрались? – грозно прорычал он, хватая парня сзади за плащ. Даже стоя на коленях, гигант был почти одного роста с юношей. Глаза его вытекли, и он точно не видел ими, зато не полностью лишился слуха и теперь, крепко держал мальчишку одной рукой, второй пытаясь вцепиться в горло. Вырваться было нельзя, меч Бернарда остался снаружи, приторочен к седлу лошади вместе с золотом и поклажей, а нащупать другого оружия не смог и тогда просто потянул узел на шее, бросая плащ в руках наёмника.

    Оставшись в исподнем, он юркнул в лаз, но рыжебородый не давая сбежать, бросился за ним на слух, едва не раскроив себе череп об угол сундука и всё же, схватил за ногу. Вывернувшись, жрец что есть силы, пнул охотника за людьми второю ногой в живот. Гигант попятился, сжимая в руках соскользнувший сапог, и в этот момент горящая крыша рухнула на пол, погребая его под собой. 

    Элисандра ползла по узкому тоннелю, к пятну света становящегося всё ближе с каждым футом.

 – Я так и думал, что тебя будут спасать первой, – резко обернувшись, от неожиданности не сдержав крика, миледи сидя пятилась от него и, уткнувшись спиной в дерево произнесла, со страхом глядя на охотника за головами: – Вы только что сожгли своих друзей.

 – Мои друзья золотые монеты, а те, кто не смог справиться со старухой и двумя детьми, не годится для нашего дела, – возразил наёмник. Он прыгал над подземным ходом до тех пор, пока не обрушил землю, погребая под ней всех, кто там был. Пытаясь спасти Бернарда и ведунью, Элисандра бросилась на него с диким воплем, угрожая оставленным себе ножом Хартвала, жалея, что неуязвимость монстра покидает её слишком быстро.